Сказка о Дзвинке [Нищий вампир]

Сказ первый: Дзвинка и Лес

Сказ второй: Дзвинка и день, и ночь

Сказ третий: Дзвинка и Дом

Сказ четвертый: Дзвинка и Горы

Сказ пятый: Дзвинка и люди

Сказ шестой: Дзвинка и гости

Сказ седьмой: Дзвинка и зима

Сказ восьмой: Рыкень и Калина

Сказ девятый: Дзвинка и Вече

Сказ десятый: Рыкень и самоцветы

Сказ одиннадцатый: Рыкень и Мастер Гор

Сказ двенадцатый: Рыкень и русалки

Дзвинка - сиротка из Деревни, воспитанная хранителем Старого Леса. Волей-неволей оказывается нарушительницей границ, строя отношения с людьми из Деревни и с народом Гор.

Рыкень - старший ребёнок Дзвинки, дитя Леса и Гор, сын царевича Глорголода. Слышит скалы и умело обращается с их дарами.

Рыгор - младший ребёнок Дзвинки, сын Савра. Заботится о Лесе и его обитателях.

Старый Отшельник - хранитель Леса, названный отец Дзвинки. Был тесно связан с людьми и хранил мир между Деревней и Лесом.

Савр Медведь - хранитель Леса, возлюбленный Дзвинки и отец Рыгора. Справедливый и смелый хозяин своей части Леса.

Вук Волк - хранитель Леса, названный брат Савра. Мстительный и хитрый, точит зуб на людей из поселения поблизости своих владений и желает расширения территории Леса.

Русалки-мавки - дочери Реки, текущей через Лес. Некоторые из них были рождены Рекой от Леса, а некоторые являются утопившимися в её водах несчастными деревенскими девушками. Любят веселье и желают обзавестись сёстрами.

Лисовик - заботливый и хозяйственный дух, привязанный к определенной части Леса. Может заплутать сбившегося с дороги путника еще больше, а может помочь выйти к поселению - смотря, как вы ему понравитесь.

Млад - бойкий деревенский парубок с практичным подходом к жизни, влюбившийся в лесную девку.

Ричка Красна - невеста Млада. Успела родить и воспитать двух его сыновей, побыть головой общины и унаследовать дар местной ведьмы. Враждует с Дзвинкой.

Калина - падчерица Рички. Водит дружбу с Рыкенем и часто наведывается в Лес.

Явдоха - старая ведьма, сестра Отшельника.

Арислав Чиж - странствующий охотник на нечисть.

Деревенские - люди как люди. Возделывают землю и опасаются ходить в Лес.

Глорголод - мечтательный горный царевич, отец Рыкеня. Закован собственной матерью в хрустальный гроб.

Мать Гор - правительница Подгорного царства. Предпочитает свое держать при себе.

Мастер Гор - первый резчик по камням во всем Подгорье. Учитель Рыкеня.

Горный люд - статные существа с холодной серой кожей, живущие под землей. Поговаривают, их сердца не бьются, а уста не знают улыбок.

vBulletin [media]

Dzivia - Flower Maiden
​

 

Ну прям как Буратино с пятью золотыми монетами)
Только у того не выросло дерево, а у Рыкеня вон какое красивое дерево вымахало!

На прощание.... Надеюсь, что всё таки не на прощание, а то я их мысленно поженила уже)

 

Del, Привет! Рада видеть продолжение любимой истории)
что там с самоцветами?

*здесь просто я ещё раз вспомнила, какой у тебя красивый текст

Ой, мне это не нравится

Неладное чувство не отпускает!
И с каждым абзацем усиливается

Ой, Дзвинка тут такая лесная ведьма
Красивая, но скрин неожиданно напугал меня во время чтения

Это одновременно и безумно мило, и очень настораживает

Вырос птенчик, подростковый период дал о себе знать
Хочется лезть туда, куда запрещено

На самом деле довольно круто - он ребенок двух миров

Так светло стало от этих описаний, сразу вспомнились сказки и фильмы из детства, та же «Госпожа Метелица» и вообще все, связанное с горами и кузнецами

Мужик хорош - знает, что надо переждать, не подкладывает своими действиями дрова в огонь
Ещё он такой батя - чисто говорит опекающей матери, чтоб дала побольше воздуха ребенку)

Безумно красивый кадр

Ой, а я всё ждала продолжения этой линии)

Какие они пуси, конечно

Какая Настенька получается)
Сразу и Морозко, и 12 месяцев, и Золушку

Рыкень - фея-крестная
Милота

Соу кьют

Что-то жестко посмеялась с этого момента)
Не, ну зайки они конечно

Блиииин ударили по самому больному
Не зажила, оказывается, рана не только у Дзвинки, но и у меня

Хм, а вот тут уже интересный диалог
Рыкень всё же принц, может его то камни лучше слушаться будут, а, Дзвинка?

Опа, что за встреча отца и сына! Интересно, о чем предупреждает Рыкеня Глорголод? О матушке своей?
Как всегда получилась офигенная сказка! Да и со стороны челленджа интересно смотреть и сравнивать порой)
Удачи тебе и вдохновения! Финал истории уже близок, что здорово и печально одновременно)

 

Хэй всем привет Спасибо за ваши впечатления

Хоши

Приветики С Савром все сложится, а если разборки будут, то не между ними

Ой младший очень славный, как плюшевый))) Старший в вампирский род уродился своим покерфейсом канешн.

Конечно!

Муть

Про котов-воителей не знаю, к сожалению, но совет - всегда классная штука

Если б знал, где упал, соломку бы подстелил! Но можно считать, что Дзвинка боевое крещение прошла.

Свобода трактовки

Да, вся нечисть под нашим крылом собралась.

Мне тоже нравится, как хорошо вписались оборотни в нашу историю

Может, по Савру видно, что он грифлаг, а хороших мужиков надо сразу к рукам прибирать

Считаем только живых отцов

Стараемся в колорит!

Это правда, тоже любуюсь.

ахахахаха это случается

Мама такое не запрещает!

Они самые!

Уурт

Да, так и вижу, как какого-нибудь дохлого горностая на плечи накинула и пошла красивая

орууууууууууу! Не ну в смысле, он первый пришел, ему и спрашивать! хахаха

Лоргика такая, да.

Блин, а че нормальных гномов никто так и не сделал почему-то!

ахахаха не, третьего не выкатим, стока власти даже у Матери Гор нету аххаха

По всем законам жанра что-то должно произойти!

Редхед просто мастерица, все так! Технически Рыгор - тоже вампир, но я думаю сделать его оборотнем, когда челлендж кончится. Так будет логичнее

Орсола

Ля ну ты сказку зашла читать или где?

Белки тоже, говорят, правдоподобные выходят аххаха Но медведь невероятный, Редхед красоту сделала.

СЕЧЁШЬ

Ахваххв ой я прям в голос! хаххаха Ну она женщина видная, они бы сошлись ахахах

Славно, я хотела такого эффекта

Это замена гномов....

Да, будет заходить через хобби!

Спасибо

Юлия Сергеевна

Повезло просто, что у нас не поучительная история, а сказка на все мильоны с доступным геймплеем

Ой ты не торопись, может, покраше невесты найдутся с бабулиной подачи

и снова для Мути

Оу, спасибо с:

Хороший эффект хехе

Так и есть!

Умный, сам себе на уме - горе материнское

Да, так и есть, именно поэтому судьба его предопределена.

Здорово, что вышло отослаться к классным сказкам!

Да, он чудесный папка. Почти

Да, такой у нее типаж бедной падчерицы

Он заботится о своей любимой подруженьке

Да уж, а вот была бы Дзвинка помудрее, поняла бы, что не так надо поступать. Ну, может еще научится.

Ты мыслишь в верном направлении!

Вероятно, а может еще что-то пытался передать, да не вышло пробиться сквозь хрусталь гроба.

Спасибо большое

Спасибо! Финал уже на пороге почти, до дня рождения Рыкеня осталось всего-ничего, так что максимум нас ждет еще два отчетика

 

привет!

Не ну Дзвинку понять можно - у неё-то от Подгорья и его обитателей приятных воспоминаний нет, а тут ещё сына-корзина туда полез. Но чё поделать-то, парень сам наполовину тому миру принадлежит, у него тяга к родным корн...ээээ камням проснулась)) Обижаться на естественное - неразумно. Ну может, её попустит потом (ну если конечно Рыкень не вляпается во что-нибудь и никакой подставы от его бабки не будет )
Надеюсь, Рыкень всё-таки станет этаким балансом и не отвернётся совсем уж от Леса.

Данила-мастер: рождение

Ой, плохо он свою мать понимает, балбес)) Не видит что ли, как Дзвинке "понравилось" его дерево с самоцветами и как она к камням всем этим настороженно относится -__-

Чисто когда родители в разводе и не ладят и пытаются каждый на свою сторону перетянуть ребёнка)
Одна обижается, второй разговоры проникновенные ведёт

А всё, а всё, поздно!

Ну это было ожидаемо ахахп Обогатили Ричку ещё больше, спасибо, приносите ещё

Да не бусы ей нужны, чел, бери девку за руку и уводи от мачехи сначала, а потом одаривай
Впрочем, всегда можно дать Калине какое-нибудь проклятое ожерелье, чтобы Ричка получила по заслугам

 

привет))

блин бабуля (это ж бабуля?) меня пугает То сына без конца за руку хватала и домой тащила, теперь вот внука... Че ей неймется?

Как-то подумалось, что такими деревьями, наверное, мстить очень хорошо Ну а че, закопать пару семян у той же Рички в огороде, и всё, не видать ведьме урожая, а может, и всей деревне, потому что нечего было пакостить хранительнице и дуб рубить

ахаха чет какая-то мутная у вас химчистка....

какое уютное местечко, полочки это грибные

ой боже мой, бедолаги так озираются, как будто правда Рыкеня ждут

блby вот вроде и помог, а вроде и как теперь Калина должна деревенским объяснять, откуда у неё драгоценности?

вот надо было тяжёлым ожерельем по харе ей съездить

ну я надеюсь, хоть Рыкень эту мымру Ричку сожрёт, раз уж он теперь тоже вампир

 

uurth, orsola, приветы!

Уурт

Ой хорошая мысль вообще, я себе записала

У Данилы-то больше драмы в истории, кстати, но я и им тоже вдохновляюсь

Эх, есть такое, мудрости у пацана закономерно в недостатке.

Да-да, а бабка еще такая стерва-свекруха Полный набор, чтоб вырасти всратышем Но вообще Глорголод сам виноват, мог бы и не умирать сто раз!

С первого раза выводы не будут сделаны, да

Золотые слова! Ждем, когда до Рыкеня дойдет.

Ахах боюсь, проклинать - это как раз по ее части будет

Орсола

Не пройденная сепарация Но вообще я думаю, что она просто хочет свое держать при себе, кроме того, ей нужен наследник, раз сын такой непутевый

Да ты че, Ричка же бизнесвуман - завтра начнет эти кристаллы продавать, еще больше обогатится!

Ахах блин ну пусть покумекает, а то и цацки ей, и план спасения!

Справедливо! Жаль, что Калина у нас тут в роли бесправной падчерицы и пока ей не замахнуться на злую ведьму.

Для нее у меня приготовлена расправа получше, чем просто сожранной быть

 

В назначенный час Рыкень явился с заветным подарком.



Вспыхнули щеки, прикрыла Калина очи и ощутила на шее прохладу нового ожерелья. Почти невесомое, обвилось оно серебристой лентой, и замерцали маленькие желтые камни как самые настоящие звезды.

- Руки умелые у тебя, Рыкень! Красу невиданную создают! - молвила горячо Калина прикасаясь к украшению, а Рыкень только плечами пожал.
- Поди в Деревне найдутся подобного мастера...
- Да ты первым средь всех станешь, коли со мной пойдешь!



Улыбнулся Рыкень добрым словам и сияющим глазам.

- У меня, знаешь, сколько дел в Лесу важных? Блуждающие огоньки пособирать, пока не разбежались, да по тропкам разбросать!



- С грибами потолковать! Они-то, хоть на одном месте прочно сидят, да новости скорее соек разносят тонкими нитями подземными своими!



Развеселил Калину росказнями, залилась девка смехом, а с реки, знай себе, русалки эхом повторяют – дразнятся. Зубоскалили, пока Рыкень подальше не отогнал.

Как положено, условились о новой встрече. Обняли друг друга, да на том и распрощались.



Вернулся Рыкень в пещеру свою, к орудиям волшебным. Оглядел мерцающие в полутьме самоцветы. Подумалось ему, что не так уж и плох Калинин совет в Деревню отправиться да людям умения свои показать.

А как мелькнула мысль эта, так и ощутил Рыкень тяжесть усталости. Давила она на плечи, прислонялась к спине, а в уши забиралась тихим глухим напевом. Юноша опустился на одеревеневший лишайник, такой огромный, что служил лавой, и вскоре одолел его сон.



Предстала перед взором, как наяву, опушка родная, вся в зелени сочной да в цвету ярком.



Откуда ни возьмись очутился у маленького домика лесной хранительницы огромный медведь. Рычит – аж в небесах грохочет!



Принюхался косолапый - учуял Рыкеня, и как давай когтищами избушку драть! Шум! Треск! Рык! Крик!



Трясется Рыкень внутри избы, а вокруг все ходуном ходит. И глазом моргнуть не успел – разлетелись бревна в стороны от нечеловечьей силы.



Мелькнули перед рыкеневыми очами огромные когти и кончилась жизнь старшего Дзвинкиного сына.



Замелькали по опушке темные тени, затянуло небо тяжелыми тучами. Прижалась Дзвинка к хладному сыну, а сама то ли воет, то ли молит, то ли скалится – о милости гостей незванных просит.



Медведь стоит - лапы алые, что в малине! Вдруг раз – и полезла шкура с плечей, на траву спала. Оказался под нею Савр.



- Поделом этому поганцу! - молвит сурово, скалится. - Дурная кровь, нездоровая!..



Схватил Дзвинку под руки и оттащил от Рыкеня. Взвились черные тени и набросились воронами когтистыми на мальчика...



Очнулся Рыкень под громкий стук своего сердца. Осмотрелся, на месте ль руки-ноги, и бросился наружу. Чудилось ему всё, что окромя сердца своего слышит смех раскатистый, злобный, а в ушах слова страшные стоят: не место тебе в Лесу, Рыкень. И в Деревне тебе не место...



С той ночи сам не свой сделался старший сын Дзвинки.

Как захаживал на опушку, не казалась она ему более домом. А как чуял Савра, так и вовсе десятой дорогой обходил.

Думалось ему, вовсе позабыла о нём мать. Полюбила Савра, и дары его ей нравились больше того, что Рыкень мог бы смастерить.



Нёс Медведь и ягоды сушеные, какие у Дзвинки рядом не росли, и травы особые волшебные, и грибы необычные, и другие разные гостинцы со своих земель.



Считался гостем долгожданным.



Как для младшего Дзвинкиного сына, бывал Савр у них слишком мало, а как для старшего – слишком много. Однако ж Рыкень не осмеливался ничего ни матери сказать, ни Медведю. Уходил он в такие дни к Горам, и те послушно ему открывались.



У матери-то, думал Рыкень тогда, новый помощник подрастает.



Уж половчее да понаходчивее окажется! Хоть ростом и невелик, а послушный да сообразительный.



Дюже любил младший брат старшего. Радовался, когда Рыкень объявлялся, и бегал за ним хвостиком, вести пересказывая.



И про сорок-трещеток, и про тварюшек лесных, и про последний вздох старого мудрого лиса, и про чужаков пугающих.







Напрашивался Рыгор с братом по делам. Ай-да, говорит, мотыльков ловить или сов на свет дневной вытягивать.

Посмеялся Рыкень, потрепал братца по лохмам нечесанным, а у самого сердце замирает. Всё реже развлекали старшего дзвинкиного сына простые забавы, и всё чаще мысли его обращались к резьбе по камням волшебным. А до таких тайн маленькому Рыгору пути не было.



Итачи муд


Однажды вернулся Рыкень к своему тайному месту, глядь – а внутри есть кто-то! Изумился Рыкень, руки в бока поставил и спрашивает:

- Отвечай, кто таков будешь и отчего хозяйничать здесь удумал!

Заскрипел в обратку голос:

- Ишь ты, каков! Сам на место чужое позарился, а о хозяине и узнать не потрудился, хе-хе!

В тени оказался старик. Был он Рыкеню по пояс, сер, бледен, бородат да волосат, с носом огромным и зубами острыми. Словно сам из камня вытесан, даром только, что губы жует да глазищами хитро сверкает.



Рыкень и и опомниться не успел - схватили его за руку и утянули в расщелину.

Неслись они так быстро, будто не сами ногами перебирали, а горные коридоры укорачивались да удлиннялись, и в конце концов раскрылись перед стариком огромные каменные врата.

Очутился Рыкень в удивительном месте – лес, да не лес вовсе! И не стволы деревьев его окружили, а каменные колонны, обрамляющие своими рядами уходящие во тьму несчетные коридоры.



Опасаясь потеряться в холоде и мгле, Рыкень бежал за стариком. Тот двигался ловчее, чем можно было бы судить по виду.

- Коль оскорбил тебя, то не со злобы было! - выкрикнул Рыкень, едва поспевая. - Не ведал, что ты хозяин здешних мест!



Старичок снова скрипуче рассмеялся.

- Вот уж скажешь, хозяин! Разве что коморки, к которой ты прибился! А здешняя владычица, она-то вон какая!



Он указал рукой в сторону и даже поклонился в почтении.



Обернулся Рыкень и замер от увиденного.



Возвышалась над ними исполинская фигура. Не сразу становилось ясно, что вырублена она из камня - столь мастерски была сделага. Ткани струились по телу как родниковые шёлковые воды и покрывая ноги статуи, превращая их в змеиный хвост. С безупречного лица взирали такие внимательные и строгие очи, что Рыкень не смог отвести от взгляда, склонить голову или хотя бы отвернуться.

- Это Мать Гор, - довольно засипел старичок и тут же строго свел косматые брови. - Рот-то захлопни, простофиля, да потарапливайся!

Рыкеню хотелось разглядывать удивительно величественные черты каменного лица и дальше, но пришлось следовать за проводником.



Тот наказал звать себя Мастером и поведал, что умениями своими приглянулся Рыкень Матери Гор. Повелела она проявить милость великую и обточить юношу – обучить, вестимо, тайному горному мастерству, какое в Надземном мире ни одному человечьему умельцу и не снилось.



Пока шли они, много красот перевидал Рыкень: и статуй работы тонкой, и узоров выделки необыкновенной, и целых рощ самоцветов.





Не думалось Дзвинкиному сыну, насколько глубоко в твердь земную он опускается и как далеко от родных владений становится - поддался любопытству, а следом и поклонился Мастеру. Учеником, значит, сделался.



Сколько времени провели в Горах, сколько солнц умерло да воскреснуть успело, не подсчитать было. Пил Рыкень воду чистейшую и столь холодную, что обмерз изнутри весь. Работал с пламенем таким яростным, что закалился и боле не жёг его огонь. Приносил Мастер маленькие кристаллы, что во рту таяли да слаже самых спелых ягод казались.



Вскоре стали подземные залы Рыкеню понятны не хуже лесной чащи. Чуялось и дуновение ветра в ходах, слышалось звонкое пение самоцветов. Ящерки с блестящей чешуей сновали рядом и замирали, наблюдая за юным Учеником.



Мастер всякое рассказывал Рыкеню да показывал, пояснял уклады здешние, учил Горы слушать и в темноте видеть. Толковым учеником оказался сын Дзвинкин. Многое было ему интересно, а боле всего - хоть одним глазком Горную Хозяйку глянуть.

- Эко удумал! - ворчал Мастер. - Ты сначала сделай, что велено, а потом и милость на тебя снизойдет, коли заслужено будет!

А велено было разное: и воду в камень обратить, и камень водою сделать; и искры разлетающиеся от ударов молота по металлу собрать, и огонь словить да отвердить.



А новое учение отличалось. Повел Мастер Рыкеня незнакомыми ходами к высоким серым воротам.



Камень как камень, дуга как дуга. Удивился Рыкень, через них прошел, их обошел – ничего не случилося.

Уже привычно поскрипел Мастер.

- Ото ж и беда-то такая! Должны Врата эти прямиком на землю под небо чистое вести, да починки требуют. Справишься - явится Хозяйка Горная отблагодарствовать...

Думал-гадал Рыкень, как же к воротам подступиться, какие самоцветы да металлы драгоценные в службе приладить.

Одни попробовал – не сработало. Взял другие – не подходят. Обточил да выстрогал и так, и иначе – колыхнется дымка внутри и погаснет.



Не покидало дело Рыкеневых мыслей, даже когда он возвращался в Лес и наведовался на родную опушку.

Оттого, что думал о вратах постоянно, а может, и от ученичества тайного, сделался он молчалив и сердит, сам на себя не похож.

Тосковалось ему по Горам и чудесам подгорным, по изумрудным рекам да малахитовым берегам, по медным лучам в стенах да золотым камушкам в песке.

Не до забав брата стало. Огрызнулся Рыкень и наказал ему под ногами не вертеться.



А когда Савр разговор завёл да расспрашивать начал, то и вовсе оскалился Рыкень и, оттолкнул Медведя, отвечать не желая. Уж и не мог различить он, что было сном, что явью, а чего вовсе не было.



Не стало для юноши ни солнца, ни неба высокого, ни ветров быстрых – перебирал он самоцветы, как зачарованный, да все к Вратам примеривал. Так сильно хотелось ему хитрость разгадать, приказ владычицы Гор исполнить и всамделишнюю ее посмотреть.



Одно только смогло отвлечь Рыкеня – вспомнилось ему, что обещались они с Калиной повстречаться, а время уж на исходе! Dыбрался из Царства Горного, а последний закатный луч сгинул за вершинами.



А Калина вышла из Деревни рано-ранёхонько.



Пришла к месту оговоренному и принялась друга дожидаться.



Новостей у нее имелось меряно-немеряно, и все печальные. Где ж хорошим взяться, коли мачеха злобная со свету сживает, а братья-негодяи и вовсе проходу не дают? И не нашлось в Деревне никого, кто мог бы сироту приголубить, а Ричке слово поперек сказать.





Час за часом бежал, уж и солнце за горами скрылося, только Рыкень всё не появлялся.



Ночной Лес ухал совами и стрекотал сверчками. С реки тянулся туман. Взглянула Калина на лунные отблески на воде, поёжилась от белёсой дымки. Уж надумала назад вертать, как услышала за спиной смех. Тихий, нежный. Детский али девичий. Птица ли какая? Лягушка, может, квакнула? Ивовые ветви медленно закачались, стряхивая с листьев светлячков. Слишком сильно в Лесу задержалась. Поняла это девка, и сделалось ей по-настоящему страшно.




Техническое

Наследника мы чуть не угробили еще прошлым летом Рыгор тогда был еще тоддлером. Повезло, что Дзвинка отмолила первенца, иначе челлендж бы слегка растянулся бы. А так мы уже практически на финишной прямой

​

 

Мирок Дзвинки разросся неожиданно даже для меня, поэтому я собрала основных его обитателей и добавила в шапку раздел "Герои" с каталогом

​

 

привет))

Боже... Такое она дитё наивное! Сама столько несправедливости каждый день терпит и ещё Рыкеня туда же зовёт
Хотя, конечно, здорово, что до деток доходит, что в одном мире им будет лучше

Разве можно такое матери про её ребёнка говорить?
С одной стороны понятно, что горный народ неместный, и ему тут не рады, а Савр просто охраняет лес, но в то же время у этого немного есть нездоровый вайб нового вожака в прайде, который убивает львят старого вожака

ахаха ну весь в папку!

Ну.... нет, мужик, ты ей льстишь

кажется, будет теперь одной русалкой больше...

 

Привет)

Какое же я удовольствие получаю от твоей сказки! И слог, и сама история завлекают читателя и держат в напряжении до самого конца. А как умело вплетены в повествование различные механики игры
И я на протяжении всей сказки в восторге, как ты управляешь цветом! Добавляет атмосферы как в образ героев, так и в события, которые разворачиваются.

Рыкень таким красавцем умелым вырос
Очень нравится его рисунок кожи, где вплетены и тёмный оттенок загорелой лесной кожи, и бледный каменный. Сразу видно смешение крови от двух миров.
И потому так закономерна его проснувшаяся любовь к самоцветам. Интересно, что мать гор сделает, когда он сможет портал починить. И как Дзвинка справится с этими новостями.

Судьба Калины тоже волнует, неужто потопят её русалки-мавки.. и я почему-то всё жду подвоха то ли от неё, то ли от Рички... как-то нездорово Калина Рыкеню про мастерство украшений и деревню говорит- у меня от этого вайбы отношений Млада с Дзвинкой.

А младшенький Рыгор такой домовёнок мохнатый весь в папку-медведя. Он оборотнем уродился?

 

здарова!

Что-то мне не нравится эта идея, учитывая то, что в деревне всем Ричка заправляет и как они к Дзвинке отнеслись в своё время :/

Чёртовы хиппи!

Подумай ещё раз

Ой ля, бабка поди морок наслала, чтобы внука проще было к рукам прибрать. А чё, по-честному играть слабо, да, да? -_-

Ну вот, щас она связь его с Лесом и семьёй ослабит, и пропал парень(

Оооо какой клёвый дед у тебя получился!

Да-да, всего лишь умениями приглянулся, нисколько не родственник. Внушить ощущение, что ты особенный - чек

Мдээ, на плодородную почву семечко упало, канешна. Рыкень и так в силу своего происхождения к Горам тянулся, а тут еще у матери новый ухажёр и ребёнок, а следовательно, с Рыкенем меньше времени она проводит, плюс бабка мозги пудрит по-всякому. Переманит на свою сторону такими темпами (но я всё ещё надеюсь, что парень прокачает ветку баланса )

Чёта мне эта бедная сиротка своими вечными страданиями подозрительна становится - вдруг у неё там тупо синдикат во главе с Ричкой по выманиваю драгоценностей из доверчивого и доброго лоха

Ну знаете, русалки у вас там вроде хорошо живут, так что если Калина станет одной из них - это будет не самый плохой исход для нее

Это всё гены

 

4aika_li, orsola, kramanas, uurth, приветы! Спасибо огромное за отзывы, ответы принесу чуть позже

Ждал Рыкень Калину в оговоренном месте до самого рассвета, да так и не дождался.



И днем она не появилась, забеспокоился Рыкень. Смекнул: недоброе что-то стряслось! Уж не мачеха ли, злодейка, из дому не выпускает? А братья, видать, лишь потешаются! Выручать надобно Калину, да только как найти ее в поселении человечьем?

Уж солнце к горизонту клониться стало, собрал Рыкень все свои поделки – мониста расчудесные, цепочки дивные, камушки для ушей сияющие, - прикрыл голову и направился в Деревню.



Как добрался, так уж совсем стемнело. Деревенские по домам разбрелись – у кого ужин, а у кого и сон.



Ходил Рыкень от хаты до хаты, стучался в дверь и, не таясь, рассказывал: иду, мол, домой, в селище соседнее, а что в городе не продал, то карманы тяжит. Есть ли бабы в хате, украшенья да каменья любящие?

От мала до велика жинки да девки колечками и браслетами любовались. Они на чудеса смотрят, а Рыкень – на них. Нет ли Калины в закутке каком? Не смахивает ли хозяйка на мачеху еёшнюю?



Так ходил-бродил Рыкень, пока не открыли ему дверь двое парубков: высокие, глаза сытые, улыбки довольные.

Вот, говорит Рыкень, так-то и так-то, украшенья продаю. И суму с добром разворачивает, а там каменья – что искры, браслеты – как змейки, бусы – королевские! Есть ли в доме, мол, девицы, каким по нраву пришлось бы?



Хлопцы на дива дивные уставились, аж глаза загорелись, а следом растянулись румяные щеки в улыбках.

- Девицы, скажешь тоже! Нашей замарашке краса такая не пойдет, а вот матери-то! Мамо, мамо! Сюда ходьте!

Явилась хозяйка – платье яркое, богатое, на голове платок расшитый красиво повязан.



Сыновья ей про бусы чудесные говорят, браслеты под самый нос тычут, а она на них и не посмотрела даже. Зыркнула на гостя, с ног до головы прошлась и как заверещит:

- Вы кого, дурни, на порог пустили?! Ослепли, что ль, али ум поотшибло, воров да силу нечистую в дом приглашать?!



Шарахнулся Рыкень в стену. Хоть и невысока ростом была хозяйка дома, а показалась ему грозной великаншей.

Дверь держи, дверь! Не дай сбежать крысе! Сейчас мало не покажется ему, черту лесному!

Быстро признала Ричка, кого видит перед собою. И украшения чудесные знакомы ей были, и кожа юнца смуглявая и очи хитрые да колкие. Поднялася внутри ведьмы буря настоящая. Навела-таки Калина, дурёха неблагодарная, на их дом беду! Даром, что сама уж второй день не объявляется – разыщет ее Ричка, спасения никакого сиротке не будет!

Да и этому отродью девки лесной тоже не сдобровать!



Кинулась Ричка на лесного хлопца, уж почти за шиворот схватила, а тот возьми и юркни вверх мелкой тенью!

Забился под потолком глинянным кажан. Ричка визжит, сыны ее орут, носятся с прихватом, глечики в летучаю мышь кидают.



Рыкень и сам понять ничего не может, машет только ошалело руками. Вокруг черепки летят, железо лязгает, шум, крик! Метнулся к печи, прямо в пламя, да вовремя обогнул его и понесся с жарким воздухом и дымом прямиком в небо.



Так и спасся из Ричкиной хаты. Пролетел над деревней, метнулся к лесу. В ветвях запутался и оземь бухнулся.

Вот тебе и чудеса! И как только всё приключилося?



Загрустил Рыкень дюже, что Калину не нашел и ничего не выяснил. Вернулся к их месту заветному, ходит-бродит да думы думает.

Слышит вдруг – смех совсем неподалеку. Известно чей.



Заозирался, заоглядывался – отделилась от ствола одной из ближайших старых ив фигурка. Ветви зеленые развела, под лунный свет вынырнула.

- Что грустишь, братец? - так и вьётся вокруг Рыкеня. - Али ягоду горькую съел? Али пропажу какую ищешь?
- Ищу пропажу, - отвечает тот. - Не приходила ль прошлым вечером сюда девка деревенская? Не видали ли вы с сестрицами чего?



Русалка молчит лохмы от тины позеленевшие пальцами чешет, из-за плеча хитро поглядывает.

- Может, и приходила, - мурлычет, - может, и видали.

Напугался Рыкень страшно.

- Знаешь, куда девалась? - спрашивает.
- Может, и знаю, - вдруг разобиделась русалка, губы синие надула.
- И куда? Говори!
- А мне-то что?

И волосы за спину откинула, губы дует.

Ох и разозлился же Рыкень! За плечо русалку схватил, жмёт больно да бранится.

Сделась рука русалочья склизкою да мерзкою, как деревяшка прогнившая, соскользнули пальцы рыкеневы, а дочь Реки назад к ивам и юркнула. Всхлипывает, причитает, а сёстры ей вторят эхом.



- Где Калина?! - кричит Рыкень.

Русалки да мавки врассыпную от него бросаются.

- Злой ты какой, братец! - слышится со всех сторон. - Сердитый какой! А ты с нами поиграй, повеселее станешь!
- Не до игр мне ваших! - хмурится Рыкень. - Где Калина, говорите!

Посмеиваются русалки, выходят к Рыкеню из воды, из камышовых зарослей, появляются из-за ивовых стволов.

- Ишь каков, - отвечает одна, а другие сразу повторяют: каков, ну? Ну, каков! Ишь, какой, а! - Хочешь Калину найти – так давай, узнай, кто из нас твоя Калина!

Окружили они Рыкеня: налево смотрит он, направо – одни бледные лица. Очи горят, зубы острятся, с волос тина свисает, в руках – кувшинки. Как закружились речные девки! За руки схватились, захороводили – летят, хохочат!

А Рыкень, что рыба без воды, рот раскрывает, а сказать ничего не может. Все, как одна, одинаковые. И что самое страшное – мёртвые... До последней мертвячки!



Дурно сделалось Рыкеню. Зажмурился он крепко-крепко, чтоб взгляд острым-преострым стал. Распахнул веки и глядит внимательно. Русалки хохочат, а ему не весело вовсе.

Не та и не эта.



Смотрит: одна из сестриц-то спотыкается. Не так ловка и легка, за другими не поспевает. Волосы белые по плечам скачут, а смех надрывный, больной какой-то.



Озарило хлопца.

- Вот! - бежит к девке. - Вот моя Калина!

И хвать ту за руку.



Вытянул из хоровода, уставилась девка на него очами круглыми да белыми, что сама луна.

- Верно признал, - отвечает. - Звалась я Калиною.



Обрадованный, кинулся Рыкень обняться, а девка не дается.

Не надо, говорит, останавливая. Жгёшься, мол, сильно. Горяч больно.



Отстранился Рыкень, смотрит на Калину, а что сказать совсем не понимает.

Стоит она перед ним телом белая, как лунный блик на воде. В волосах листья ивовые, руки-ноги от холода посинели. Губы серые, зубья острые, взгляд чужой. Злой взгляд – ни тепла, ни радости, какие обычно в Калине имелись.

- Прости, - говорит Рыкень, - моя вина. Не сберег от озорниц, сгубили тебя русалки...



Разбушевалась тут Калина. Руки вскинула, очи сощурила.

- Не сестрицы меня сгубили, Рыкень! Не от них ты меня не сберег!



- От людей злых беречь надобно было! От братьев, что били, от мачехи, что за волосья таскала! Плакалась я тебе о том, Рыкень! Не защитил ты меня, не расцеловал! Ни со мною в Деревню не пошёл, ни меня с собой не увел! Так и осталась я ничейная, а ты мои слёзы видел, а сделать ничего не сделал!
- Как же не помог, как же не сделал! - возразил Рыкень. - Просила ты приданое – подарил тебе ожерелья...
- От твоих даров только больше горя я ведала! - оскалилась Калина.



- А Река могучая слёзы мои смыла, беды унесла!



- Забрала мое горе и обласкала как матушка!



- Погубила тебя Река, - горько заключил Рыкень. - Тепло отобрала, жизнь отняла...

Взвилась Калина змеёю, зашипела кошкою.

- Ну и пусть! - отвечает. - Жизни такой никому не пожелаешь, какая у меня была! Да только не ведаешь ты о том, Рыкень! Живется тебе вольготно в Лесу и каждая тварь тебя здесь привечает! Свободой своей не делишься, журишь, что добыла себе!





Попытался Рыкень вразумить Калину да пояснить, что не свобода это вовсе, а смерть. И что лишилась Калина души своей бессмертной, сердца бьющего и придется ей до скончанья веков с русалками-мавками куковать, пока все в воде речной не растворятся.

А Калина упёрлась всё. Заладила:

- Зла ты мне желаешь, Рыкень! Никакой не друг мне боле! И сестриц моих не любишь, и меня! Не буду я боле той Калиной, что приласкать тебя была готова и нежностей всё ждала. Поищи-ка себе другую девку!



Больно было Рыкеню слушать слова такие. И как не старался он разъясниться, отвергала его подруга. Все меньше становилась она похожа на ту, с кем Рыкень все годы водился, и пришлось ему, в конце концов, всё признать и с русалкою согласиться.



Сердце у Рыкеня отяжелело. Пошел он прочь с берега, оставив за спиной шумное веселье перекликающихся речных девок.

Все одинаково ему стало – что деревья, что стежки-дорожки, что луга. Ноги вели и вывели, как привычно уж, к Горам.



А Дзвинка пока не ведала ни о чем. Занималась, счастливая, делами лесными хозяйскими, и дожидалась встречи с Савром.



Только не радостной оказалась встреча та. Лишь на опушке появился, как обратно засобирался.



Принесла птичка на хвосте вести недобрые. Открылось Савру, что Вук, брат его названный, спустил волков диких на человечьи деревни. Погнал селян с родных мест, ни скот, ни посевов не жалеет.



Взбеленилась Дзвинка, дверь собой загородила. Не пойдёшь, говорит. Не твоих краёв касается – не твоя и беда.

Зыркает очами злобно, кулаки сжимает, любимого отпускать не хочет. Вук хитёр и коварен, а вдруг и дружбу их не пожалеет, коли Савр против него за селян выйдет? Не зря же дождался, пока Медведь владения свои покинет и подальше двинется. Небось рассчитывал, что и не узнает ничего, а ежели и узнает, так времени вернуться быстро не хватит.



А Савр что? Не разделял он Вуковой идеи земли крестьянские захватить и пустить на них Лес разрастаться. Рассердили его упрямые Дзвинкины речи, да и сам уж решил все для себя.

Забылся брат мой, отвечает, что не только Лес от людей защищать надобно, но и людей от Леса.

Не стала для него Дзвинка помехою – обернулся косолапым да и понёсся в чащу. Осталось Дзвинке горевать только и надеяться, как бы чего дурного из ссоры двух охоронителей лесных не вышло.



А ночью, когда самое время русалкам да мавкам гужеваться, осмелела вдруг та, что Калиною звалась, и предложила:

- Пойдемте-ка туда, где веселья больше и парубки не склизкие и обрюзгшие, а горячей кровью да силой полнятся! А то радости никакой - лягушек ловить и водянников за бороды дергать!



Пошумели, поохали русалки. Неповадно было в деревни человечьи соваться.

Запрыгала Калина рядом, в глаза сестрицам заглядывая.

“Отчего неповадно? Почему неможна?”

А русалки уж и вспомнить не могут – давным давно слушаются законов, которые еще старый лесной отшельник установил, и к людям не суются и в деревнях никого не губят. Положено так.

Но Калина была среди них самой молодой и озлобленной. Расписала она речным девкам чудеса деревенские и веселья желанные, уболтала за собою двинуться.



Вынырнули русалки в ставке подле Деревни. Частенько в тёплые ночи там девки и парубки собирались. И Калине хотелось так время провести, да не позволяла ей мачеха дальше хлева уходить.



Как и обещалось, безлюдно у пруда не было. Играли на берегу парни и девки, ловили друг друга за одёжу, звонко смеялись, окликали один другого. Захихикали русалки, заплескались, внимание привлекая. Сельские девки-то завизжали и бросились к хатам, не разбираясь, пошутил ли кто. А парубки остались. Не хотят трусливыми казаться, друг друга поближе поглядеть подначивают.



Мелодично смеются русалки, песни вошебные напевают. Совсем уж обнаглели: из озерной воды выбрались, бёдрами идут покачивают, руками белыми побледневшие парубковые лица ласкают.

Не все ж однако смелыми оказались. Младший сын Рички, не оглядываясь, дёру дал.



А старший не успел.

Заслушался вместе с товарищами мелодий чудесных, засмотрелся на мокрые сорочки.



Уж совсем ничего не разбирает – идет, куда ведут, а ведут-то в воду!



Вот и Калина перед обидчиком своим появилась. Глядит в лицо Одрику, скалится, аж зубы скрипят. А парубок ничегошеньки не разумеет. Калина красавицей волшебной кажется с кожею тонкою, волосами светлыми, очами сияющими – сам за такою идти рад, а тут еще и голосом сладким манит!



Опомниться не успел, облепили его мертвячки со всех сторон. В щеки целуют, в губы целуют, на плечи залезают, вниз тянут.



Скрылась золотистая макушка в водах мутных, а следом и смешок затих в плеске. Сгинул старший Ричкин сын в объятиях её нелюбимой падчерицы.



И было бы всё шито-крыто, коли б не видывал все собственными очами его брат - живо матери новости понёс.




Техническое

Ну что, к этому моменту формально челлендж завершен - Рыкень повзрослел и обзавелся третьей чх. Мне показалось особенно иронично, что она про тягу к корням (хотя и к тамарангским)

Финальная техничка в рамках челленджа:











Баллы принесу в следующем отчете, который и закончит историю.

​

 

С формальным завершением!

Чем дальше, тем всё печальней становится сказочка. Вот уж и Калина - последняя ниточка, державшая Рыкеня в Лесу, озлобилась совсем, отвергла да обвинила парня. Ещё и мертвячкой стала, радикально заполучив свободу, которой ей не хватало(
А он-таки набрался смелости и пошел в Деревню искать милую и даже мачехи её страшной не побоялся

От финальных кадров с потоплением Одрика словила удовлетворение ахах так ему, мучителю! И вообще, красивые очень скрины с колдовством на реке

Поход русалок в Деревню перекликается мне с походом Вука на людей. Чувствую, сгущаются тучи над Лесом, рушатся законы да равновесие установленное.
Это же Дзвинкина вотчина? Она не уследила за русалками-мавками, получается?
Много же придётся Савру бед разруливать..

Такая классная отсылочка к еще одной сказке

 

приветы)

Ой как будто всё движется нифига не к хэппи энду!
За Рыкеня тревожно, который окончательно от Леса отвернулся и которого история с Калиной подкосила - уйдёт сейчас в Горы и закроется ото всех(
За Савра тоже переживательно - не нравится мне эта ситуэйшн с Вуком, который на людей гнать пошёл. А люди в деревне ещё и после визита Рыкеня переполошились, да про русалок, загубивших пацана, сейчас узнают. Не ходи вступаться за людей, Савр, а то щас под горячую руку Рички попадёшь и огребёшь Ну или от Вука подлянка какая будет))
За Дзвинку тоже тревожно - Ричка ж первым делом пойдёт именно её за космы таскать))
В общем, жду развязки

Ты смотри, какая - на опыте, нечисть распознаёт на раз-два, а ругается-то как, ишь! Страшная женщина, очень страшная!

Ой ору с него Сам перепугался и нифига не понял, бедняга ахахпхп
Вот они какие, лесные хранители. Кто-то волком обращается, кто-то - медведем, а кто-то...ну...мышь

Красивишные русалки. Левая особенно жутенькая

Ну не понимает парень намёков, надо было прямым текстом говорить
Ладно, зря я начала Калину в сговоре подозревать, беру свои слова обратно ахаха

Ишь, бунт устроили, против порядков пошли! Сначала вуковы волки, теперь русалки под предводительством Калины. Нехорошо -_-

наглядная иллюстрация того, что случится, если обижать сироток

 

привет))

ой ты хоспаде наивняк какой баб нету, а вон в лесочке соседнем разбойники очень украшения любят, им про тебя уже рассказали...

не ну Ричка крутая конечно в этой сцене, не растерялась

Ей очень идет
Как-то даже и не грустится особо по её поводу. Ведь если Рыкень примет свою ночную каменную сторону, он же тоже будет как бы мертвым холодным и вечным? Отлично друг другу подойдут, даже лучше, чем было

Ой слушай ну как гладко стелет, а! Аж самой в их кружок вступить захотелось

ой я чёт так ору, что она его бросила, а он ещё даже не понял, что она ему намекала

Ну это красиво было