Династия Искажённой Петли

Предыстория
Кайл всегда помнил тот день, когда его отдали в детский дом. Ему было девять лет – возраст, когда дети ещё верят в чудеса, но уже начинают понимать, что мир не всегда справедлив. До этого он жил в старинном особняке на окраине города, окружённом вековыми дубами и зарослями шиповника. Дом казался мальчику целым миром: скрипучие лестницы, потайные ниши в стенах, чердаки, полные тайн, и кабинет отца с полками, уставленными странными предметами – кристаллами, свитками, старинными часами, которые то шли вперёд, то отставали, будто жили своей собственной жизнью.
Отец, Элиас, обладал уникальной натурой. Он изъяснялся загадками, часто исчезал на несколько дней, а затем возвращался с загадочной улыбкой и новыми артефактами. Он обожал сына. Его любовь была искренней, глубокой и безусловной. Он учил его созерцать звёзды, слушать шепот ветра и осознавать, что время – это не просто стрелки на циферблате. А ещё он дал ему медальон – небольшой, из тёмного металла, с узором, напоминавшим завихрения туманности.
–«Никогда не снимай его, – повторял Элиас. – Он держит тебя здесь, в этом мире».
Кайл не до конца понимал смысл этих слов, но чувствовал: медальон – нечто большее, чем украшение.
Приступы, которые случались время от времени, пугали мальчика. Сначала он вдруг начинал смеяться без причины, прыгать, придумывать безумные игры, чувствовать, будто внутри него бурлит поток энергии. Потом это сменялось тревогой – в голове звучали голоса, предметы вокруг мерцали, словно не могли решить, существуют они или нет. А затем приходила истерика: слёзы, крик, ощущение, будто мир вокруг трескается, как стекло. В такие моменты отец прижимал его к себе, гладил по голове и шептал:
–«Всё хорошо, Кайл. Я рядом.»
Всё изменилось в тот день, когда Элиас отправился в очередное путешествие. Он обещал вернуться через неделю, но прошёл месяц, потом другой – от него не было ни весточки. Соседи, и без того настороженно относившиеся к семье, начали шептаться. В дом приходили чиновники, задавали вопросы и смотрели на Кайла с недоверием. Потом его увезли в детский дом, сказав, что так будет лучше, пока не найдется отец.
Годы в приюте тянулись медленно. Кайл держался в стороне. Другие дети не могли его понять: то он был весел, затевал игры и заражал всех своей энергией, то вдруг замыкался в себе, вздрагивал от резких звуков и смотрел в одну точку. Воспитатели считали его странным. А он просто боялся – боялся, что медальон перестанет работать, что он исчезнет, как отец. Кайл прятал артефакт под рубашкой, каждую ночь проверял его, ощупывал пальцами узор, словно это могло дать ему силы прожить ещё один день.
Когда Кайлу исполнилось восемнадцать, он покинул детский дом. Первым его желанием было вернуться в родной дом. Он знал дорогу наизусть: трамвай до конечной остановки, затем тропа через весь городок, знакомые ворота, увитые плющом, и массивная дверь с резным львом на ручке. Его сердце билось быстрее, когда он шёл по этой дороге. Он мечтал войти в дом, подняться в кабинет отца и найти хоть какую-то записку, объяснение или подсказку. Может быть, отец оставил что-то для него?
Но когда Кайл вышел на знакомую поляну, где должен был стоять особняк, он замер. Перед ним расстилался пустырь. Ни деревьев, ни ворот, ни дома – только трава, камни и одинокий куст шиповника, такой же, как рос у крыльца. Он огляделся, не веря своим глазам. Может, он сбился с пути? Но нет – тропинка была той же, городок вокруг выглядел знакомо. Кайл подошёл ближе, опустился на колени, провёл рукой по земле. Ничего. Никаких следов фундамента, никаких обломков, даже щепки не валялось. Особняк исчез, словно его никогда и не существовало.
Кайл стоял посреди пустыря, держа в руке медальон, который неожиданно нагрелся. В его голове эхом звучали слова отца: «Ты – чудо». Только сейчас он по-настоящему понял их смысл. Если дом исчез и всё, что он помнил, может быть выдумкой, то кто он сам? И что его ждёт впереди?

~

Гендерный принцип:

Равенство: основатель может быть любого пола. Титул наследника может перейти к потомку любого пола.

Принцип чистокровности:

Традиционный: претендовать на титул наследника могут только естественно-рожденные в семье дети, которые могут проследить свое родство с основателем. Усыновленные дети и дети из пробирки могут стать наследниками только в случае, если в этом поколении нет естественно-рожденных детей.

Принцип выбора:

Перворожденный: старший из живущих и могущих претендовать на титул наследника объявляется таковым. Старшинство определяется по порядку присоединения к семье.

Расовый принцип:

Ксенофобия: основатель может быть любой расы. Наследник всегда должен быть той же расы, что и основатель.

Ограничения

Генетическое наследство (автор Дэнни Калифорния)
Стоимость ограничения - 3 балла
У вашего Основателя есть генетическое заболевание которое передается из поколения в поколение. Выберите на старте одну из смертельных эмоций, играющих роль болезни: стыд, гнев или игривость.
Каждую неделю основатель и все его наследники должны суммарно сутки проживать в выбранном настрое.
Для основателя это ограничение действует с момента старта династии, для наследника с подросткового возраста.
Болезнь смертельна, поэтому основатель и каждый его наследник умирают только от выбранной эмоции.
В случае незапланированной и преждевременной смерти можно попробовать отмолить бедолагу.

Вопреки всему! (автор Дэнни Калифорния)
Стоимость ограничения – 1 балл
При выборе своих фетишей основатель и все его наследники руководствуются рандомом. Бросьте кубик в CAS`е, чтобы узнать какие черты будут привлекать, а какие отталкивать.
Супруги основателя и наследников также используют кубик в этой категории.

Строгие семейные ценности
Стоимость ограничения – 1 балл
Ваш основатель династии в силу своих религиозных воззрений считает, что прерывание естественного хода жизни – неправильно и поэтому все противозачаточные средства под строгим запретом. Основатель просто уверен, что только брак позволит воспитать полноценного ребенка. Все члены семьи могут заводить детей и заниматься вухуу только с теми, с кем состоят в браке.
Основатель должен иметь стремление «Семья».
Каждый раз, когда ваши персонажи занимаются вухуу, вы должны выбрать «Зачать ребенка».
Если нет опции «Зачать ребенка», то персонажи не могут заниматься вухуу. Исключение из этого пункта – старики и уже беременные симы.
Неженатые персонажи не могут заниматься вухуу или пытаться завести ребенка.

История семьи
Стоимость ограничения – 1 балл
Основная цель жизни, как видит основатель, это написание истории собственной династии.
Ваш основатель и каждый наследник (кроме десятого) должны написать по одному произведению. Эта книга не может быть опубликована и должна на протяжении всей династии хранится в шкафу.

~

Первое поколение(Кайл)

Неделя 1.1. Начало без истока
Неделя 1.2. Парадокс совместных мгновений
Неделя 2. Капсула времени
Неделя 3. Капля яда на циферблате любви

~

Древо времени

~

Баллы
Первое поколение
+ 1 балл за Кайла

~

Привет всем!
Пока диплом летит моему научному руководителю, а работа основная тихонько ползет себе, я решила притронуться к династии. Это желание было со мной уже три года, но я боялась даже думать об этом: что меня ждет? Понравится ли это кому-то? Не разочаруюсь ли я? Это мой первый опыт, и если я допущу ошибки или недочеты, пожалуйста, не стесняйтесь писать. Я буду только рада обратной связи!

Если кому-то интересно, то данный мальчик из моей династии в симс 3
Я так плакала, когда сохранение сломалось, но вот спустя два года он возродился, как Феникс!

А еще хочу поблагодарить Дэнни Калифорния – спасибо, что ответили на все мои не особо умные вопросы, а еще спасибо Zhu4ka – мне очень понравилась ее династия, а еще я загорелась желанием, видя, что она вернулась даже спустя время и неприятную ситуацию

~

​

 

На мгновение всё вокруг будто замерло. В груди что‑то ёкнуло, дыхание перехватило. Он никогда раньше её не видел – но что‑то в её облике поразило его до глубины души. Казалось, время замедлило ход, а все звуки приглушились, оставив лишь тихий гул крови в ушах и биение сердца, вдруг забившегося чаще.
–Кайл? – голос Кенди доносился будто издалека. – Ты в порядке?
Кайл сглотнул:
–Там… – он указал в сторону бара. – Там девушка. Она… просто невероятно красивая.
Кенди повернулась, вгляделась:
–О, да, симпатичная, – она хитро прищурилась. – И что?
–Я… не могу перестать на неё смотреть, – признался Кайл, не отрывая взгляда. – Впервые в жизни такое. Будто мир стал ярче, когда я её заметил.
–Ого, – Кенди усмехнулась. – Похоже, кто‑то влюбился с первого взгляда.
–Не говори глупостей, – Кайл покраснел. – Просто… она…
–Ой, да иди, любовник‑новичок, пока она не ушла, а то она вон уже собирается уходить, – Кенди легонько подтолкнула его в спину.
Кайл замер на секунду, потом глубоко вдохнул и решительно направился к девушке. Кенди, улыбаясь, выглянула в окно, чтобы не пропустить начало этого «перфоманса».
Он быстро догнал девушку у выхода.
–Простите, пожалуйста! – окликнул он.
Она обернулась – и мир для Кайла на мгновение снова замер. В её глазах, глубоких и тёмных, как ночное небо, плясали золотистые искорки. Лёгкий аромат лаванды донёсся до него – то ли духи, то ли что‑то неуловимо её.
–Да? – она слегка приподняла бровь, в уголках губ затаилась улыбка.
Кайл почувствовал, как жар приливает к щекам. Мозг лихорадочно искал слова, но выдавал только самые нелепые.
–Вашей маме зять не нужен? – выпалил он и тут же мысленно дал себе подзатыльник.
Ульяна замерла на мгновение, а потом рассмеялась – звонко, заразительно, запрокинув голову. Этот смех, чистый и искренний, будто омыл Кайла изнутри.
–Какой оригинальный подход, – сказала она, вытирая выступившую слезинку. — Признаться, такого ещё не слышала. Обычно мне говорят что‑то вроде «у вас красивая улыбка» или «вы случайно не модель?».
— Ну, улыбка у вас и правда потрясающая, – поспешил исправиться Кайл. – А насчёт модели… не знаю, но вы точно выглядите так, будто сошли с обложки какого‑то журнала.
Она снова рассмеялась:
–Вы очаровательно неуклюжи. Это даже мило.
–Кайл, – он протянул руку. – Меня зовут Кайл.
–Ульяна, – она ответила на рукопожатие, и в тот момент, когда их пальцы соприкоснулись, Кайла будто прошило лёгким электрическим разрядом. Он на секунду замер, но Ульяна, кажется, ничего не заметила.



–Приятно познакомиться, Кайл, – улыбнулась она. – И спасибо за комплимент. Хотя должна предупредить: коль ты мне понравишься, то я тебя точно не отпущу.
Кайл покраснел ещё сильнее – если такое вообще было возможно. Он почувствовал, как внутри всё перевернулось: от неловкости не осталось и следа, вместо неё появилось что‑то тёплое и волнующее.
Ульяна рассмеялась – мягко, чуть хрипловато, и этот звук почему‑то заставил его сердце пропустить удар. Не дожидаясь ответа, она ловко вытащила из сумки небольшую карточку с закруглёнными краями, на которой аккуратным почерком были написаны цифры и ник в «Кролике Общения».
–Вот, – она вложила карточку в его ладонь, слегка сжав его пальцы сверху. – Это мой номер и ник. Если решишь, что хочешь продолжить разговор не под градусом, – пиши. Или звони.
Кайл сжал карточку, чувствуя, как под пальцами проступает рельеф чернил.
–Я… обязательно напишу, – пробормотал он, пытаясь собраться с мыслями. – И трезвый! Можем в этом же баре встретиться. Или… да куда угодно!
–Отлично, – Ульяна подмигнула. – Тогда жду. Но предупреждаю: я очень терпеливая, но не бесконечно.
Она сделала шаг назад, махнула рукой на прощание и направилась вдоль улицы, легко лавируя между прохожими. Кайл стоял и смотрел ей вслед, пока её силуэт в белой блузке не растворился в толпе.
Он разжал ладонь и ещё раз посмотрел на карточку. На ней аккуратным почерком было выведено:
Ульяна
+Х (XXX) XXX‑XX‑XX
@uliana_25



Кайл на негнущихся от шока ногах вошёл в бар и сразу же, едва переступив порог, бросился к столику, где его ждала Кенди. Он плюхнулся на стул напротив, всё ещё сжимая в ладони карточку с контактами Ульяны, и выдохнул:
–Она… она дала мне номер! И ник в «Кролике Общения»!
Кенди, попивавшая коктейль через трубочку, замерла на мгновение, а потом её лицо озарилось широкой улыбкой. Она отставила бокал и всплеснула руками:
–Да ладно?! – воскликнула она, а затем, не сдержавшись, громко рассмеялась от радости. – Ну, Кайл, ты меня приятно удивил! Я уж думала, ты так и застынешь там, как статуя.
Она вскочила со стула, обошла столик и крепко обняла друга, слегка потрепав его по волосам.



–Ты идеальный герой‑любовник, – сказала она, отстранившись и глядя на него с искренней теплотой. – И знаешь что? Я тебе помогу, если понадобится помощь в любовных делах. Гарантированный пакет поддержки от лучшей подруги!
Кайл наконец расслабился и улыбнулся в ответ, чувствуя, как паника отступает, уступая место радостному волнению.
–Правда? – он слегка покраснел, но теперь уже не от смущения перед Ульяной, а от благодарности. – А что, если я напишу что‑то не то? Или она решит, что я слишком…
–Эй, – Кенди строго подняла палец, – никаких «слишком»! Ты замечательный: добрый, умный, забавный – да, даже твои неуклюжие комплименты работают, как видишь! Просто будь собой. А если захочешь, мы вместе придумаем идеальное первое сообщение.
Она села обратно за стол, пододвинула к себе блокнот и ручку, которые всегда носила в сумке, и заговорщицки подмигнула:
–Итак, – начала она, щёлкая колпачком ручки, – что у нас есть? Номер телефона и ник в «Кролике». Отлично. Предлагаю начать с лёгкого сообщения в мессенджере – что‑то непринуждённое, но запоминающееся. Например: «Привет, Ульяна! Это Кайл из бара. Спасибо за карточку – я её уже выучил наизусть. Надеюсь, ты не передумала насчёт продолжения разговора?»
Кайл задумался, потом кивнул:
–Звучит… нормально. Не слишком навязчиво?
–Идеально! – Кенди хлопнула в ладоши. – Лёгкий юмор, благодарность и намёк на интерес – три кита удачного первого сообщения. Пиши!



Кайл достал телефон, открыл «Кролика Общения», нашёл ник @uliana_25 и, глубоко вздохнув, набрал текст, который предложила Кенди. Перед отправкой он ещё раз перечитал сообщение, посмотрел на подругу – та ободряюще кивнула – и нажал «Отправить».
Секунды тянулись медленно. Кайл нервно постукивал пальцами по столу. Кенди молча наблюдала, стараясь не выдать своего волнения.
И вдруг экран телефона вспыхнул уведомлением.
Ульяна: «Кайл, привет! Рада, что ты написал да еще и не через неделю, люблю таких парней. И да, я не передумала. Кстати, не желаешь сходить в кафе завтра после 10:00?»
Кайл поднял глаза на Кенди, и на его лице расцвела самая счастливая улыбка за весь день.
–Работает, – прошептал он.
–Конечно, работает, – подмигнула Кенди. – Я же говорила: ты идеальный герой‑любовник. А теперь – план на вечер: решаем, во что ты оденешься на это свидание!
–Кенди!



На следующий день Кайл с самого утра был в состоянии ожидания и странного волнения. Мысли крутились вокруг одной: «А вдруг она не придёт? Или я скажу какой‑нибудь бред?» Он то и дело проверял телефон – не пропустил ли он сообщение, не написала ли что‑то ещё.
С утра он встретился с Кенди. Они погуляли по магазинам, и подруга настояла на том, чтобы помочь ему подобрать наряд для встречи. Кайл пытался отдать ей деньги за новую рубашку и джинсы, но Кенди лишь махнула рукой:
–Забудь. На свадьбе отыграю и отъем сполна, – рассмеялась она.





Кайл смутился, покраснел и пробормотал что‑то про «я тебе потом всё верну», но Кенди только закатила глаза и подтолкнула его к кассе.
–Главное, чтобы Ульяна оценила, – подмигнула она. – И чтобы ты не забыл всё, чему я тебя учила: дыши ровно, смотри в глаза, шути, но не перегибай. И помни: ты классный.



Ближе к обеду волнение Кайла достигло пика. Он несколько раз проверил, взял ли телефон, кошелёк, потом переложил всё обратно в карманы – и так трижды. В 09:45 он уже бежал к кафе, решив, что должен прийти раньше, чтобы не ударить в грязь лицом.
Он занял столик у окна – оттуда хорошо просматривалась улица.
Ровно в 10:00 дверь кафе открылась.
Ульяна вошла, и у Кайла перехватило дыхание. Сегодня она выглядела ещё ярче: в лёгкой бежевой куртке, с волосами, собранными в небрежный пучок, с улыбкой, которая, казалось, была предназначена только ему. Она огляделась, заметила Кайла и помахала рукой.
–Привет! – Ульяна села напротив, положила сумку на соседний стул. – Извини, если заставила ждать. Но надеюсь, что принц на белом коне не успел коня съесть?
Кайл рассмеялся – шутка разрядила напряжение, и он наконец смог выдохнуть.
–Нет, конь цел и невредим, – ответил он, стараясь говорить уверенно.



Кайл сначала ощущал себя неловко, но постепенно разговор потечёт сам собой. Они стали говорить о музыке, фильмах, еде, книгах – и вскоре Кайл уже вовсю шутил и показывал на местных знаменитостей, которые время от времени появлялись в кафе.
–Ты любишь джаз? – спросила Ульяна, помешивая чай. – Я вот обожаю. Особенно когда играют вживую. В нашем боулинг-баре по четвергам выступают классные музыканты – ты там был?
–Нет, – Кайл покачал головой. – Но теперь точно пойду. А ты, получается, частый гость?
–Пару раз в месяц точно заглядываю, – улыбнулась Ульяна. – Там особая атмосфера: приглушённый свет, неоновые вывески и запах кофе и… этот ритм, который будто проникает внутрь.



–Звучит волшебно, – Кайл улыбнулся. – А из современных исполнителей что слушаешь?
–О, тут у меня полный хаос, – рассмеялась Ульяна. – Утром могу включить что‑то из инди‑рока, днём – саундтрек к старому фильму, вечером – электронную музыку. Вчера, например, весь день слушала саундтрек из «Амели».
–О, это классика! – оживился Кайл. – Кстати, раз уж заговорили о кино… Какой твой любимый фильм?
–Сложно выбрать один, – Ульяна задумчиво подняла взгляд к потолку. – Но если надо, я бы назвала «День сурка». Он смешной, но в то же время заставляет задуматься о том, как мы тратим время. А у тебя?
–«Интерстеллар», – не задумываясь, ответил Кайл. – Меня завораживает, как там переплетаются наука и человеческие эмоции. И музыка Ханса Циммера… просто мурашки.
–Согласна, – кивнула Ульяна. – А ещё мне нравится, как в кино иногда показывают еду. Помнишь сцену из «Рататуя», где Эго пробует рататуй и переносится в детство?
–Да, это гениально! – Кайл рассмеялся. – Кстати о еде: ты любишь готовить?
–Иногда, – призналась Ульяна. — Но чаще получается «экспериментальная кухня»: что‑то горит, что‑то убегает… Зато весело. А ты?
–Я? – Кайл усмехнулся и развёл руками. – Я даже яичницу поджечь могу. Серьёзно. Мой максимум – разогреть что‑нибудь в микроволновке или заказать доставку.
–Признаться, я тоже чаще заказываю, – подмигнула Ульяна. – Зато знаю все лучшие места в городе. Есть одно кафе с потрясающими сырниками, ещё тайский ресторан с таким острым супом, что после него хочется выпить ведро воды… Но оно того стоит!
–Записываю в список обязательных к посещению, – Кайл сделал вид, что что‑то отмечает в воображаемом блокноте. – Особенно суп. Люблю вызовы.
–Осторожнее, – Ульяна подняла палец. – Это не просто острый суп, это испытание на прочность. После него даже повара кивают: «Ну ты даёшь!»
В этот момент у окна остановился мужчина в дорогом пальто и тёмных очках. Он окинул взглядом зал, заметил Ульяну и помахал рукой.
–О, смотри, – Кайл указал на него. – Это же Марк Тэн, ведущий прогноза погоды на центральном канале. Он всегда так серьёзно говорит: «Завтра ожидается дождь… и это не шутка», – Кайл скопировал его интонацию, и Ульяна расхохоталась.
–А вон там, – она кивнула в сторону стойки, – сидит София Джордан, местная художница. Она пишет потрясающие городские пейзажи. Однажды я видела, как она рисовала это кафе – получилось точь‑в‑точь, только цвета ярче.
–Значит, ты знаешь весь город? – улыбнулся Кайл.
–Почти, – Ульяна подмигнула. – И готова показать тебе самые интересные места. Например, есть один книжный магазин с антикварными изданиями… Там пахнет старой бумагой и кофе, а на подоконнике спит рыжий кот.
–Звучит как идеальное место, – Кайл почувствовал, что волнение окончательно ушло. – И кот, и книги, и кофе… Что ещё нужно для счастья?



–Хороший собеседник, – добавила Ульяна, глядя ему в глаза. – Кажется, у нас как раз есть шанс проверить эту формулу.
–Согласен, – Кайл поднял чашку, словно предлагая тост. – За книги, кофе, котов и неожиданные встречи.
–За них, – улыбнулась Ульяна.
Они чокнулись чашками. В кафе играла тихая джазовая мелодия, за окном шёл мелкий осенний дождь, а внутри у Кайла разливалось ощущение, что этот день – только начало чего‑то по‑настоящему важного.



Спустя пару недель начало холодать, и жить в палатке стало совершенно невозможно. Ветер всё чаще пронизывал до костей, а утренняя роса превращалась в тонкую корку льда на брезенте. Кайл вздохнул, посмотрел на свои сбережения – небольшие, аккуратно сложенные купюры, которые он копил на «чёрный день», – и отнёс их местной бригаде строителей.
–Нужно что‑то простое, но крепкое, – сказал он прорабу. – Чтобы крыша не текла, стены держали тепло, а окна выходили на восток.
–Сделаем, – кивнул тот. – За пару месяцев управимся.
И они действительно справились. К началу осени стоял небольшой, но добротный домик. Да, маленький – всего две комнаты и крошечная кухня, – но всё же это было настоящее жильё. С крышей над головой, с окнами, пропускавшими утренний свет.
Кайл провёл рукой по свежеструганным доскам стены, улыбнулся и выдохнул – впервые за долгое время он почувствовал, что у него есть дом.
В первый же день он прибил небольшую полочку над диваном – кривовато, но крепко. Взял из рюкзака старую игрушку.
Кайл поставил куклу на полку, поправил его уши и тихо сказал:
–Ну вот, теперь у нас есть крыша. Не дворец, конечно, но зато своё.
Он на мгновение замер, глядя на игрушку. В ней было что‑то большее, чем просто память о детстве. Она напоминала ему о том, что даже в самых трудных обстоятельствах можно найти опору – если не терять надежду и делать хоть маленькие, но верные шаги.
«В будущем я точно перенесу тебя в свой небольшой кабинет, – подумал Кайл. – Когда он будет. Когда я смогу позволить себе что‑то больше, чем этот домик на опушке. Но пока… пусть будет здесь, в гостиной. Пусть смотрит на огонь, как и раньше».
Завтра начнётся новый день — и новые планы. А пока можно просто посидеть в тишине своего дома, слушать бубнеж телевизора и знать, что всё не зря.



А ещё спустя пару дней Кайл отправился на блошиный рынок – просто побродить, развеяться после напряжённых недель строительства. Он медленно прохаживался между рядами, разглядывая старые книги, потёртые пластинки, выцветшие фотографии в рамках.
И вдруг среди кучи хлама на одном из столов он заметил его – старомодный микрофон с металлической решёткой и потрёпанным шнуром. Кайл замер, подошёл ближе, осторожно поднял его. Микрофон оказался тяжелее, чем выглядел, а на боковой панели красовалась выгравированная надпись: «Vox Echo 1957».
–Сколько? – спросил он у продавца – седого мужчины в вязаной жилетке.
–Двести пятьдесят, – не моргнув глазом ответил тот. – Рабочий, между прочим. Проверял вчера – звук чистый, хоть сейчас в студию.
Кайл прикинул свои остатки сбережений. Компьютер стоил слишком дорого – на него пришлось бы копить месяцами, если не годами. А микрофон… микрофон для шуток сейчас – лучшее решение.
–Беру, – кивнул Кайл, отсчитывая купюры.



Спустя пару месяцев и множество свиданий – прогулок по парку, походов в кино и кафе – настал тот самый вечер. Они сидели в кино и смотрели каку-то комедию.
Ульяна повернулась к нему, улыбнулась – спокойно и мягко, без тени насмешки:
–Кайл, – сказала она тихо, – я давно хотела сказать… Мне с тобой очень хорошо. И я думаю, что пора перестать называть это просто «встречами». Давай будем парой? Официально?
Кайл замер. Он смотрел на неё, и в груди всё сжалось от смеси радости, тревоги и неловкости. Они действительно провели вместе столько времени, смеялись, спорили о фильмах, делились мечтами – но до сих пор между ними не было ни одного поцелуя. Кайл каждый раз отступал в последний момент: то боялся испортить момент, то сомневался, что готов, то просто терялся в её присутствии.
–Я… – он запнулся, провёл рукой по волосам. – Ульяна, я… Конечно, я хочу быть с тобой. Больше всего на свете. Просто… я немного боюсь.
–Боишься чего? – она чуть наклонила голову, в глазах – искреннее любопытство, без осуждения.
–Всего сразу, – он усмехнулся. – Боюсь сделать что‑то не так, боюсь, что ты разочаруешься, боюсь… потерять это. То, что у нас есть.
Ульяна помолчала, потом осторожно взяла его за руку:
–Знаешь, что я поняла за эти месяцы? – спросила она. – Ты – самый настоящий человек из всех, кого я встречала. Ты не притворяешься, не строишь из себя кого‑то. Ты можешь волноваться, ошибаться, смущаться – и от этого ты только ценнее. Мне не нужен идеальный парень. Мне нужен ты.
Кайл глубоко вдохнул. В её словах было столько тепла и принятия, что внутри что‑то отпустило. Он сжал её руку в ответ:
–Спасибо, – прошептал он. – За то, что ты такая. За то, что не торопишь.
–Я не тороплю, – улыбнулась Ульяна. – Но знаешь что? Давай попробуем. Медленно.
Она чуть приблизилась, и Кайл почувствовал её дыхание на своей щеке. Сердце забилось чаще, но паники не было — только трепет и ожидание. Ульяна медленно наклонилась и легко, почти невесомо, коснулась губами его щеки.
–Это первый шаг, – прошептала она.



Кайл ощущал себя хорошо – впервые за долгое время на душе было спокойно. Он вышел на улицу и опустился на траву. Вдохнул полной грудью прохладный вечерний воздух, поднял взгляд к россыпи мерцающих звёзд и невольно улыбнулся, вспоминая Ульяну – её смех, взгляд, лёгкое прикосновение губ к щеке…
–Вот бы она сейчас была рядом, – тихо произнёс он вслух, разглядывая созвездия.
Но вдруг резкая, колющая боль пронзила запястье. Кайл вздрогнул, отдёрнул руку и увидел крошечного паука с алыми полосками на чёрном тельце. Тот уже спешил скрыться в траве.
–Эй, ты что?! – Кайл вскочил на ноги. – Таких пауков точно не бывает в этих местах! Откуда они вообще?!
Через несколько минут он почувствовал странное покалывание. Опустив взгляд на руки, Кайл замер: на коже проступали зелёные пятна, словно кто‑то капнул краской. Они расползались от места укуса вверх по предплечью. В голове началась пульсирующая боль, будто кто‑то ритмично стучал изнутри.
Паника накрыла его ледяной волной. Кайл побежал к городской клинике.



В кабинете врача, пожилого мужчины с седыми висками и внимательными глазами, Кайл протянул руку:
–Доктор, посмотрите, что это? Меня укусил какой‑то странный паук…
Врач внимательно осмотрел пятна, потрогал кожу, нахмурился.
–Хм… Давно таких случаев не видел, – пробормотал он, доставая лупу. – По всем признакам – укус сельвадорадского огненного паука. Очень ядовитый.
–Сельвадорада? Но я же не был там! – воскликнул Кайл.
–Да, странно, – доктор откинулся на спинку кресла. – Эти пауки водятся только там. Возможно, кто‑то завёз случайно… Так или иначе, яд действует быстро. У нас мало времени, чтобы заказать противоядие.
–И что делать? – голос Кайла дрогнул.
–Есть специальный антидот. Но он редкий, дорогой – ысяча симмолеонов.
Кайл побледнел:
–У меня только шестьсот…
Доктор сочувственно покачал головой:
–Времени мало – максимум 12 часов. Если не ввести противоядие вовремя, последствия могут быть фатальными.

*****

Кайл вышел из клиники, ноги подкашивались. Зелёные пятна на руках уже расползлись чуть выше запястий, а в висках пульсировало так, будто кто‑то стучал изнутри молотком. Он прислонился к стене здания, глубоко вдохнул прохладный ночной воздух – но даже звёзды, которые ещё недавно манили покоем, теперь казались далёкими и безразличными.
–«Где взять ещё 400 симмолеонов за 12 часов?» – мысли метались в голове.
Он достал телефон, посмотрел на контакт Кенди и замер. Пальцы зависли над кнопкой вызова.
–Нет, не стану её пугать, – прошептал Кайл, убирая телефон. – Она начнёт волноваться, может даже заплачет… Не стоит тревожить её из‑за моих проблем.
О своей девушке он даже не думал.
–Я же мужчина, – твёрдо сказал он себе. – Должен разобраться сам.





Кайл выбежал из клиники с чётким планом: нужно раздобыть ещё 400 симмолеонов за 12 часов. Зелёные пятна на руках уже начали слегка покалывать, а пульсация в висках то затихала, то возвращалась с новой силой.
Он бросился к реке – рыба здесь клевала неплохо, особенно ранним утром. Кайл быстро собрал снасти, которые держал в багажнике машины, и принялся за дело. Через пару часов у него набралось несколько крупных окуней и пара щук.
На местном рынке рыбу купили почти мгновенно – старый рыбак Мико даже дал немного больше, чем обычно:
–Ты бледный какой‑то, Кайл, – нахмурился Мико, отсчитывая монеты. – Всё в порядке?
– Да так, недосып, – Кайл натянуто улыбнулся, пряча руки в карманы. – Спасибо, Мико!
Следующей идеей стало косить бурьян на окраине города. Фермер как раз искал помощника:
–За день работы дам 150 симмолеонов, – пробасил он, оглядывая Кайла. – Но успеть надо до заката.
Кайл кивнул, схватил косу и принялся за работу. Солнце палило нещадно, в висках стучало всё сильнее, но он не останавливался. Фермер одобрительно похлопал его по плечу и отсчитал деньги:
–Молодец, парень. Ты упорный.
Потом Кайл бродил вдоль пустыря, собирая камни, – местные ювелиры иногда брали их для поделок. Несколько находок удалось продать торговцу у ворот города.
Но время шло, а до нужной суммы всё ещё не хватало. Зелёные пятна начали слегка гореть, а в глазах периодически темнело. И тогда начались видения.




Сначала Кайл заметил крошечную фигурку у дома. Пригляделся – и обомлел: перед ним стоял настоящий гном в красной шапочке и с длинной бородой! А за ним – ещё несколько.
–Э‑э… Добрый день? – неуверенно произнёс Кайл.
Один из гномов, самый маленький, подскочил к нему:
–О, гость! Давно к нам никто не заходил!
Не понимая, реальность это или бред, Кайл принес из дома кружку кофе, который припас для себя, и предложил:
–Может, кофе?
Гномы оживились:
–Кофе! О, как давно мы его не пили! – загалдели они.
Кайл подумал, что ему все хуже и хуже.



Часы неумолимо тикали. До истечения срока оставалось всего два часа. Кайл в последний раз пересчитал монеты в кошельке – 600 симмолеонов сверху к тем 600, что у него уже были. Итого 1 200 симмолеонов – даже больше, чем нужно!
Он вытер пот со лба, стараясь унять дрожь в руках. Зелёные пятна теперь покрывали кисти и частично лицо, пульсирующая боль в висках то затихала, то накатывала с новой силой, но он держался.
Кайл ворвался в клинику, задыхаясь:
–Доктор! Вот… 1 200 симмолеонов! – он выложил монеты на стойку. – Мне нужно противоядие, пожалуйста!
Доктор поднял глаза от бумаг, удивлённо вскинул брови и быстро пересчитал деньги:
–1 200? Но нужно было всего 1 000…
–Я собрал больше, – Кайл опёрся на стойку, чтобы не упасть. – Пожалуйста, быстрее…
Доктор тут же нажал кнопку вызова медсестры:
–Срочно противоядие для пациента с укусом сельвадорадского паука! И капельницу подготовьте!
Через минуту Кайла уже уложили на кушетку, а доктор тем временем вводил противоядие.
–Полегчает не сразу, – предупредил он, наблюдая за реакцией. – Яд действовал быстро, но и антидот начнёт работать в течение получаса.
Кайл закрыл глаза, чувствуя, как прохладная жидкость поступает в вену. Пульсация в висках начала стихать, а пятна на руках перестали гореть.
Кайл выдохнул с облегчением. Он сделал это – собрал деньги, добрался до клиники, получил помощь. И теперь, когда опасность миновала, он вдруг почувствовал невероятную усталость.



Кайл выдохнул с облегчением – он успел на работу. После того как доктор ввёл противоядие, зелёные пятна постепенно исчезли, а пульсация в голове затихла. Кайл чувствовал себя ещё немного слабым, но понимал: если пропустит заказ, это ударит и по репутации, и по кошельку.
Он прибыл на праздник как раз вовремя. Огромный особняк, украшенный разноцветными гирляндами и воздушными шарами, детский смех, музыка – всё это немного отвлекло его от недавних испытаний. Босс встретил его коротким кивком:
–Ты бледный, все нормально? Помни: дети чувствуют неуверенность.
–Я в порядке, – Кайл натянуто улыбнулся и направился к сцене.
Праздник шёл своим чередом. Кайл показывал фокусы, рассказывал шутки, жонглировал апельсинами – и дети смеялись, хлопали в ладоши, просили повторить. Но потом к нему подбежал именинник – пухлый мальчик лет семи в расшитом блёстками костюме:
–А теперь ты будешь кидать меня вверх, как тот дядя в цирке! И жонглировать мной! – заявил он, уперев руки в бока.
Кайл растерялся:
–Э‑э… Понимаешь, это не совсем безопасно. Зато я могу показать тебе фокус с исчезающей монетой!
Но мальчик не сдавался:
–Нет! Кидай меня! Кидай! – он топнул ногой. – Я так хочу!
Вокруг начали собираться родители, кто‑то достал телефон, чтобы снять «звёздный момент» именинника. Мальчик надул губы, глаза его наполнились слезами:
–Хочу, чтобы он меня кидал! Хочу! – и тут он устроил настоящую истерику: упал на газон, заколотил ногами, закричал так, что даже музыка затихла.
Родители переглянулись. Одна дама неодобрительно покачала головой:
–Может, стоило учесть пожелания ребёнка?
Босс подошёл к Кайлу, громко, для публики, сказал:
–Кайл, ну что же это? Надо было сразу пойти навстречу!
Кайла вежливо, но твёрдо попросили уйти. Он собрал реквизит, чувствуя себя неловко, и поплёлся к выходу. Но босс догнал его уже на улице:
–Эй, Кайл, подожди.
Кайл обернулся, ожидая нотации. Но босс неожиданно хлопнул его по плечу:
–Ты всё сделал правильно. Нельзя рисковать здоровьем ребёнка ради каприза. Я просто подыграл публике, чтобы не портить праздник.
–Но… меня же выгнали, – растерянно пробормотал Кайл.
–Зато ты проявил ответственность, – босс улыбнулся. – И знаешь что? Я давно думал об этом. Ты вырос как артист. Теперь будешь не просто выступать на праздниках, а вести мастер‑классы для начинающих аниматоров. И зарплата будет выше.
Кайл замер, не веря своим ушам:
–Правда? Вы серьёзно?
–Абсолютно. Ты умеешь думать головой, а не только развлекать толпу. Это дорогого стоит. Завтра обсудим детали. Отдохни сегодня как следует.
Кайл улыбнулся. Усталость вдруг накрыла его целиком, но на душе было легко. Он прошёл через испытание ядом, собрал деньги, не подвёл босса – и даже получил повышение.
По дороге домой он остановился, поднял голову к небу и тихо произнёс:
–Пап, я стараюсь. Кажется, у меня получается.
Медальон на шее чуть заметно потеплел, словно в ответ.



Через несколько недель наступил день рождения Сынмина. Кайл получил официальное приглашение – не просто прийти как друг, а выступить перед гостями. Он волновался: в прошлый раз публика была детской, а тут – взрослые, да ещё и близкие люди именинника.
Кайл тщательно готовился: отбирал лучшие шутки, репетировал фокусы, продумывал переходы между номерами. В день праздника он пришёл пораньше, чтобы проверить оборудование и настроиться.
Сынмин встретил его с тёплой улыбкой:
–Кайл, спасибо, что согласился. Я знаю, ты сделаешь этот вечер незабываемым.
–Постараюсь не подвести, – Кайл нервно поправил манжету рубашки. – Но вдруг им не понравится?
–Им понравится, – уверенно сказал Сынмин. – Ты умеешь находить подход к людям.
Гости начали собираться. Кайл наблюдал за ними в углу: серьёзные лица, деловые костюмы, сдержанные приветствия.
–«Ох, – подумал он, – тут не до апельсинов и мыльных пузырей…»
Выйдя на импровизированную сцену, Кайл почувствовал, как пересохло в горле. Он начал с пары классических шуток – и… тишина. Гости вежливо улыбались, но не смеялись.
–«Всё, провал», – пронеслось в голове. Но Кайл взял себя в руки: – «Спокойно. Ты же уже проходил через худшее».
Он окинул взглядом зал, заметил бакенбарды Сынмина, потом – ярко‑рыжую кепку Сынмина, которая висела на крючке у входа. Импульс пришёл сам собой.
–Знаете, что общего между прекрасными бакенбардами и рыжей кепкой? – Кайл сделал паузу, обводя взглядом зал. – Оба предмета вызывают у окружающих восхищение, но только один из них можно снять и повесить на крючок!
В зале раздались первые смешки.
–А если серьёзно, – продолжил Кайл, – посмотрите на нашего именинника. Сынмин – человек, который может расшифровать древний язык, найти смысл жизни и… – он сделал драматическую паузу, – …и при этом забыть, куда положил свои очки! Вчера он искал их полчаса, а они были у него на лбу!
Зал взорвался хохотом. Сынмин, краснея и смеясь, прикрыл лицо рукой:
–Ну, Кайл, ну ты даёшь!
Дальше пошло легче. Кайл шутил про библиотеку (где, по его словам, «даже пыль знает больше, чем мы все вместе взятые»), про поиски нужную книгу («Мы искали так усердно, что чуть не выкопали клад времён Римской империи»).
Гости хохотали, хлопали, просили повторить особенно удачные моменты. Сынмин смеялся так, что слёзы выступили на глазах:
–Кайл, это лучший подарок в моей жизни!
После выступления именинник лично подвёл Кайла к столу с напитками:
–Попробуй наше семейное вино. У нас три сорта – белое, красное и «то, которое мы пьём, когда хотим забыть, что завтра понедельник».
Кайл попробовал все три варианта – по бокалу каждого. Голова слегка закружилась, но на душе стало невероятно легко и радостно.
Прощаясь, Сынмин крепко обнял друга:
–Спасибо, Кайл. Ты не просто развеселил всех – ты сделал этот день по‑настоящему особенным.
–Это было в удовольствие, – улыбнулся Кайл. – Спасибо, что поверил в меня.
По дороге домой Кайл шёл, слегка покачиваясь, но счастливый. Он напевал какую‑то мелодию, улыбался звёздам и думал о том, как далеко он продвинулся: от растерянного парня, ищущего следы прошлого, до артиста, который может заставить смеяться целую комнату взрослых людей.
Медальон на шее чуть потеплел, словно одобряя эти мысли. Кайл коснулся его и тихо произнёс:
–Пап, кажется, я начинаю понимать, что значит «жить полноценно».

Деньги​

Воскресенье​

Понедельник ​

Четверг​

Пятница​

В конце недели​

Игривость​

Работа, свидания и другие моменты​

Я не знала, можно ли через компьютер сразу купить противоядие, поэтому Кайл на пару часов ездил туда(не упоминала, так как я потом увидела кнопку с антидотом)

Кайл в конце недели​

​