История великой династии Романовых (Россия XX в.)

Авторское предисловие
Итак, перед тем, как начать проходить испытания челленджа «Россия, XX век», бросив кубики два раза, получаем бюджет 6 000 000 симолеонов. Хорошо! Попробуем поиграть за Николая II и его семью.
Да, знаю, что их ждет не счастливый конец , но это же Sims 4... Почему Николай II?
Николай II — один из самых противоречивых правителей в истории России. Многие до сих спорят о том, кем он был: глупым правителем и виновником гибели Российской империи, или мучеником, павшим жертвой революционной стихи.
Одни историки указывают на его нерешительность, подверженность влиянию окружения отсутствие стратегического видения. Они считают, что именно эти качества привели к поражениям в Русско-японской войне, Первой мировой войне, а также к революционным потрясением.
Другие же подчеркивают его личные качества: порядочность, религиозность, любовь к семье. Они утверждают, что Николай II искренне желал блага России, но оказался в ловушке обстоятельств. Его трагедия заключается в том, что он не смог адаптироваться к стремительно меняющему миру и сохранить монархию.
Вне зависимости от оценки личности Николая II остается предметом острых дискуссий и научных исследований, а его правление — переломным моментом в истории России.
Попробую поиграть с семьей Романовых, и показать основные моменты жизни Николая Александровича Романова с 1900 — 1917 года, и пройти все испытания челленджа «Россия, XX век» его потомками.

Мария Фёдоровна Романова (при рождении Мария София Фредерика Дагмар), 1847 - … - вдовствующая императрица, супруга Александра III, мать императора Николая II. Умная, общительная и любезная. В первые годы царствования Николая II мать имела на него большое внимание.

Николай Александрович Романов, 1868 — ….
— последний император Всероссийский, царь Польский и великий князь Финляндский. Старший сын Александра III и императрицы Марии Федоровны. Получил домашнее образование, в совершенстве владел английским языком, а также немецким, французским, изучал военное дело, экономику, юриспруденцию. В ноябре 1894 года состоялось бракосочетание с Александрой Федоровной. Воспитывают троих дочерей: Ольгу, Татьяну, Марию.

Александра Фёдоровна Романова (урождённая принцесса Викто́рия Али́са Еле́на Луи́за Беатри́са Ге́ссен-Дармшта́дтская), 1872 - … - российская императрица, супруга Николая II. Окончила философский факультет Гейдельбергского университета со степенью бакалавра, занималась на курсах философии в Оксфорде. Многие принимали её застенчивость за холодность и сухость.

Ольга Николаевна Романова, 1895 - 1918
(22 года)
Старшая дочь Николая и Александры Федоровны.
Добрая, отзывчивая.
С началом Первой мировой войны прошла курсы хирургических сестер, вместе с матерью и сестрой Татьяной ухаживала за ранеными воинами в Царскосельском лазарете.

Татьяна Николаевна Романова, 1897 - 1918
(21 год)
Вторая дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Мария Николаевна Романова, 1899 - 1918
(19 лет)
Третья дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Анастасия Николаевна Романова, 1901 - 1918
(17 лет)
Четвертая дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Древо семьи

Мирные годы

1900 год
1901 год
1902 год
1903 год
1904 год

Первая революция

1905 год
1906 год
1907 год
1908 год
1909 год
1910 год
1911 год
1912 год
1913 год 1 часть
1913 год 2 часть

Первая мировая

1914 год 1 часть
1914 год 2 часть
1915 год 1 часть
1915 год 2 часть
1916 год 1 часть
1916 год 2 часть

Великая Октябрьская Революция

1917 год. 1 часть
Губернаторский дом в Тобольске
1917 год. 2 часть
1918 год 1 часть
1918 год. 2 часть
1918 год. 3 часть
1918 год. 4 часть. - 1919 год.
1920 год. 1 часть
1920 год. 2 часть
1921 - 1922 года

Фотоальбом

Великая княжна Ольга Романова


Ники и Алекс


Великая княжна Татьяна Романова


Николай и Ольга


Великая Княжна Ольга Николаевна

Александровский дворец

Дорогой читатель, позволь дать пояснения по месту жительства семьи Романовых.
Александровский дворец в Царском Селе был главной официальной резиденцией и родным домом для семьи Николая II. По факту с 1904 года семья обосновалась во дворце круглогодично, но в игре с 1900 года.
Александровский дворец, в отличие от реального, в игре представляет собой одноэтажное здание, без обширных подвалов, и очень большой для семьи.

Интерьер дворца пришлось изменить, но многие комнаты стали похожими на «оригинальные».
Сиреневый розовый кабинет — любимая комната Александры Фёдоровны в Александровском дворце.

Императрица много времени проводила в кабинете: отдыхала, читала, работала. Фактически здесь собиралась вся семья. Кресло у окна было самым любимым местом в Александровском дворце!

Спальня Александры Федоровны и Николая II.
Одна из стен отведена под фотографии родственников и близких лиц; другая — картины и репродукции религиозного содержания.

Приемная Николая II.
Когда Александровский дворец стал главной императорской резиденцией, Приемная располагалась перед Рабочим кабинетом императора. Здесь ожидали своей аудиенции приехавшие с докладами чиновники.

Рабочий кабинет Николая II.
Из Приемной посетители попадали в Рабочий кабинет Николая II. Здесь император ежедневно принимал министров, заслушивал доклады, работал с бумагами. Письменный рабочий стол г-образной формы, который у императора был заставлен семейными фотографиями и всевозможными безделушками.

Палисандровая гостиная.
В первые годы жизни в Александровском дворце Николай II и Александра Федоровна много времени проводили в Палисандровой гостиной. Затем гостиная стала местом завтраков и обедов царской семьи. В Палисандровой гостиной императрица хранила вещи, напоминавшие ей о родине — Гессенском герцогстве на юге Германии и ее родственниках. На стенах были развешены пейзажи, акварели, портреты и картины из путешествий.

Угловая гостиная.
В Угловой гостиной Александровского дворца проходили официальные мероприятия, важные государственные переговоры, повлиявшие на события в стране и в мире. Здесь Николай II принимал послов иностранных государств.
Семья часто устраивала здесь завтраки и обеды, собиралась во время домашних концертов. Иногда императрица сама играла для гостей на пианино.

Парадный кабинет Николая II.
Предназначался для заседания Совета министров и всевозможных комиссий, проведения официальных встреч. Николай II тщательно готовился к приму докладчика. Все бумаги и предметы на рабочем столе содержались в строгом порядке. Для безопасности в Парадном кабинете Николая II всегда были занавешены окна. При этом, доступ в рабочий кабинет императора был запрещен даже членам семьи.
Остальные комнаты: детская, столовая, кухня, коридоры дворца, уборные - не несут смысловой нагрузки и исторической ценности

​

 

LINDI, вот и наступила новая эпоха… очень красивая, кстати, обложка! Здорово, что ты меняешь ее под время, я даже не задумывалась об этом, о том, как это логично.
Заходим в коммуналку

Мне было всё так интересно читать, что расстроилась, когда отчет закончился
Но обо всем по порядку

Просто повторюсь, как мне нравится идея и динамика брата и старшей сестры! Безумно интересно, логично и здорово получилось. Со смехом вспоминаю, как думала, что ты возьмешь за основу историю Анастасии

Понравилась эта мелкая деталь, объясняющая всё. Так логично, а я пока читала всё пребывала в шоке, как же изменилась резко жизнь. Особенно тяжело читать потому про потомков Романовых, пускай и выдуманных.

Описание короткое и ёмкое, меня зацепило и погрузило в новую атмосферу

Я его прекрасно понимаю

По самому сердцу. В такие моменты вспоминаешь, что Саша же только встретилась с мамой, а уже потеряла всю семью, кроме Андрюши. Как же больно! Однако настолько живо и резонируется с душой (с моей - точно), что читаешь историю Романовых взахлеб. Правда.

Меня очень тронуло описание мотивации Саши, такая она хорошая сестра, конечно)
По факту - Андрюша единственный родной у нее остался (ещё повезло, кстати, что биологическая семья её так хорошо приняла, спасибо в первую очередь Аликс и Николаю за самих себя и воспитание детей)

Скриншот такой милый! Прям будто родные внучок и бабуля (Андрюша очень красивый, видны черты императорской семьи)

Очень жизненно и тяжело. Молодых можно понять, но с точки зрения Серафимы выворачивает наизнанку. Приходится жить жизнь, к которой ты не готов, преисполненный одиночества. Как же повезло, что она обрела поддержку в виде Андрюши. Да и Саше таким образом помогает.

Всегда любила подобные вставки из прошлого времени, о которых мало кто знает. Нуууу я точно не знала)
Атмосферы добавляет плюс миллион хаха.

Шапка-ушанка меня покорила

Описание погрузили в атмосферу - не то слово

Каков красавец брюнет с прищуром! Как же жаль, что неразлучно с бутылкой.

Хахаха! Ух, мне очень зашло, простите

Я будто ощутила ее аромат сама! Да и девушка эффектная, интересно, какого будет её взаимодействие с соседями (особенно с Сашей)
Чувствую, что тут может параллельно проходить некий роман. Или же куча разбитых сердец, не знаю)

Такая она конечно бабуля
Ничего, Серафима Арнольдовна, не притворяетесь гадюкой, мы же знаем, что вы душка!

Актриса - тоже интересная особа, зацепившая мой взгляд. Но довольно скрытная пока что. Любопытно, как проявит себя в будущем.

Мне очень понравилось, как ты вставила описание соседей в начале 1920г ! Очень сочно и вкусно подала их нам на блюде из букв.Повторюсь - очень печально стало, когда закончился отчет. Только познакомились, хотелось узнать - какая же жизнь коммуналки и главных героев будет дальше, а всё оборвалось после знакомство, оставив в томлении ожидания следующей части.
Что ж, я готова ждать

 

Муть, привет!
много букв

Жаль, мне безумно все семейство Романовых... Хотелось увидеть потомков Ольги, Татьяны, Марии, Анастасии и Алексея... но будем наблюдать за Андреем и Сашей.

Я дополнила отчет еще текстом и скринами, а то и правда маловат оказался.

Это была бы другая история))) Хотелось передать фамилию по мужской линии, и сохранить до конца челленджа.

Не знаю, получиться дальше писать в такой манере, как раньше, так как сюжета - опоры у меня нет, теперь игра сама ведет свои сюжет челленджа.

Jammyulka, привет!
тоже много букв...

Спасибо за комментарий! Я рада, что история Романовых вышла такой, какой и задумывала.

Да, теория...одна из многих.

Да, Саша постарается дать своему брату все, что будет в её возможностях и силах.

Я была в шоке, но соглашусь, первая глава истории семьи закончена. Да, Николай пока воюет в техничке. Но это не на долго.

Спасибо!

Я прошу прощение у читателей, но так получилось... в отчет 1920 года добавила картинок и текста.

 

Андрей открыл глаза. Утреннее солнце мягко осветило комнату, проникая сквозь тонкие шторы. Из кухни пахло блинами, и Саша негромко напевала какую-то мелодию.
Писк повторился, на этот раз чуть громче, и Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что это может быть? Он медленно, стараясь не производить шума, спустил ноги с кровати на старенький коврик.
Он осторожно опустился на колени и заглянул под кровать. Сначала он ничего не увидел. Но потом, в самом дальнем углу, что-то шевельнулось. Маленькое, серое, с длинным тонким хвостом. Мышь.
Андрей замер. Мышь замерла, ее крошечные черные глазки уставились прямо на него. Секунда, другая…
И тут мышь, словно очнувшись, резко дернулась и побежала в сторону Андрея. Этого было достаточно. В голове Андрея прозвучало лишь одно слово: БЕЖАТЬ!



Он вскочил на ноги, споткнулся о край ковра, но удержался. Сердце колотилось как сумасшедшее, адреналин бурлил в крови. Не разбирая дороги, он рванул к двери, распахнул ее с грохотом и вылетел в коридор, оставив за собой открытую дверь.
Саша услышала грохот и удивленно выглянула из кухни. Андрей, бледный как полотно, стоял посреди коридора, тяжело дыша. Его маленькие кулачки были сжаты, а глаза, обычно полные озорного блеска, сейчас были размером с блюдца и наполнены неподдельным ужасом.
— Ты чего? – спросила она, вытирая руки о фартук, испачканный мукой. – Кого-то увидел?
Андрей только яростно мотнул головой, не в силах произнести ни слова.
Его взгляд метался по сторонам, словно он ожидал увидеть преследователя. Сестра подошла ближе, обеспокоенно разглядывая его. Она нахмурилась, положив руку ему на плечо. Плечико дрожало.
— Андрей, что случилось?
Он наконец смог выдавить из себя:
— М-мышь. П-под кроватью.
— Мышь? И ты так испугался? – фыркнула Саша, смахивая выступившую от смеха слезинку. – Да ладно, она же маленькая. Наверное, с ноготок размером. Больше тебя боится, глупыш.
Она ожидала, что он обидится, но Андрей вдруг шагнул вперед и крепко-крепко обнял ее за ноги, уткнувшись лицом в ее фартук. Его голос был приглушенным и жалобным, полным слез и отчаяния.
— Большая!
Саша перестала смеяться. Она почувствовала, как его тело сотрясает мелкая дрожь. Для него это было не смешно. Для него это был настоящий монстр, поселившийся под его кроватью.
— Ладно-ладно, тише, – она погладила его по взъерошенным волосам. – Большая, так большая. Не плачь.

* * *

После того как Андрей немного пришел в себя после неожиданной встречи с мышью, Саша облегчённо выдохнула:
— Ну вот, теперь можно спокойно одеваться.
Аккуратно расстегнув пуговицы пижамки брата, она бережно сменила её на чистенькие детские вещи: симпатичную белоснежную матроску и аккуратные брюки.



Затем они отправились на кухню, где уже витал аромат свежеиспеченных блинчиков.
— Смотри-ка, Андрюшка, твоя любимые блинчики! – радостно объявила Саша, ставя перед ним тарелку.
Андрей посмотрел на блинчики. Они были румяные, с аппетитной корочкой, но… что-то было не так. Он взял один, но есть не спешил. Саша наблюдала за ним с легким беспокойством. Она знала, что ее брат – настоящий привереда, когда дело касается еды.
- Ну что, пробуй! – подбодрила она.
Андрей откусил маленький кусочек. Пожевал. И снова нахмурился.
- Не вкусно? – спросила Саша, уже предчувствуя ответ.
Андрей отрицательно покачал головой.
- Не хочу, – буркнул он, отодвигая тарелку.
Саша вздохнула.
- Хорошо, может, потом захочешь. А пока пойдешь играть?
Андрей тут же оживился. Еда – это одно, а игры – совсем другое! Он быстро забыл о блинчиках и побежал в комнату, где на ковре уже ждала его любимая коробка с кубиками.



Он уселся, окруженный кубиками. Его пальчики ловко начали складывать их друг на друга, строя башни.Саша наблюдала за ним, сидя рядом и иногда подавая ему нужный кубик.
Мышка, утренняя встреча, даже не понравившиеся блинчики – все это отошло на второй план. Саша улыбалась, глядя на своего брата. Пусть он и был немного капризным, но в такие моменты он был самым счастливым ребенком на свете. И это было для нее самым главным.
- Андрей, – позвала она тихо, когда очередная башня достигла внушительной высоты. – Давай сходим к пруду. Уточек покормим.
Глаза Андрея заблестели. Уточки! Это было еще лучше, чем кубики. Он тут же бросил кубик и посмотрел на сестру с нетерпением.
- Пойдем! – воскликнул он, уже готовый бежать к двери.
Саша рассмеялась и встала, протягивая ему руку.
Брат с сестрой быстро собрались, взяв с собой котомку с нарезанными кусочками свежего хлеба. Они вышли из дома во двор.



Воздух был прохладен и свеж, с едва уловимым ароматом влажной земли и дыма из печных труб.
Во дворе, на небольшом участке зелёной травы, Галина стояла на коленях, погружённая в тяжёлую домашнюю работу. Её руки, нежные и непривычные к грубому труду, с усилием терли холстину в большом, синем эмалированном тазу, наполненном кипятком. Бывшая актриса, чьи пальцы прежде порхали над клавишами рояля, украшали её лацканы элегантными брошами или трепетно держали тонкие перчатки, теперь сжимали грубую ткань, борясь с въевшейся грязью.
В это самое время, поотдаль, на мощёной улице, послышался мерный гул и звон. Оставляя за собой шлейф пыли, проехал трамвай, его огни вспыхнули и исчезли за поворотом. Галина оторвалась от стирки, выпрямилась, потянулась, и увидела соседей по коммуналке: Андрея, который держал в руках котомку, и Сашу, которая вела его за руку.
— Куда собрались? — спросила Галина.
Саша улыбнулась, её глаза сияли в предвкушении прогулки.
— Пойдем с Андрюшей, уточек на пруду покормим, — сказала она, кивнув на котомку.
Андрей, увидев Галину, застенчиво спрятался за спину сестры, но его глаза с любопытством разглядывали её мокрые руки и таз с бельем.
— Хорошо вам погулять, — сказала Галина, и в её голосе прозвучала легкая грусть.
Саша и Андрей помахали ей рукой и пошли дальше, их голоса постепенно затихли вдали. Галина снова опустилась на колени, её руки снова погрузились в горячую воду.



Солнце стояло высоко, щедро осыпая землю своим теплом, и пруд, казалось, искрился от его лучей. Воздух был напоен сладким, чуть терпким ароматом цветущих кувшинок, их белоснежные и нежно-розовые лепестки раскрывались навстречу ласковым лучам, словно маленькие чаши, полные солнечного света. Вода была удивительно прозрачной, настолько, что можно было без труда разглядеть песчаное дно, усыпанное гладкими камешками, и причудливые, изумрудные водоросли, колышущиеся в такт невидимым течениям.
По этой зеркальной глади, неспешно и величественно, плавали утки. Их перья отливали бронзой и изумрудом под солнцем, а мерные взмахи лап оставляли на воде тонкие, серебристые дорожки. Они издавали тихие, довольные кряканья, словно наслаждаясь этим безмятежным днем, этим покоем, разлитым вокруг.
Чуть поодаль, в прозрачной толще воды, мелькали серебристые бока рыб. Они стремительно метались, играя в догонялки, их чешуя вспыхивала, как драгоценные камни, при каждом повороте. Иногда одна из них, покрупнее, выпрыгивала из воды, чтобы вновь с плеском вернуться обратно, оставляя после себя расходящиеся круги.



Маленький Андрей, с широко распахнутыми от восторга глазами, стоял на берегу. Его взгляд неотрывно следил за каждой рыбкой, за каждой уткой, за каждым бликом на воде. Он был настолько поглощен этим зрелищем, что даже забыл о своем обычном непоседливом нраве.
Саша, улыбаясь, наблюдала за братом. Ей нравилось видеть его таким счастливым и увлеченным. Она сама чувствовала, как летний покой и красота природы проникают в каждую клеточку ее тела, смывая городскую суету и тревоги. Легкий ветерок ласково трепал ее волосы, принося с собой свежесть воды и аромат трав.
- Смотри, Саша! Рыбка! – воскликнул Андрей, указывая пальчиком на очередную выпрыгнувшую из воды рыбу.
- Вижу, Андрюша, вижу. Красивая, правда? – ответила Саша, присаживаясь рядом с ним на корточки, чтобы быть на одном уровне с его восторженным взглядом.
- А почему они так прыгают? – спросил Андрей, повернув к ней свое любопытное личико.
- Наверное, им просто весело, Андрюша. Или они хотят поймать мошку, которая летает над водой, – предположила Саша, нежно поглаживая его по голове.
Они еще долго стояли на берегу, наслаждаясь этим идеальным летним днем.

Техническая часть

Андрей

​

 

1921 год.

Коммунальные будни шли как всегда, размеренно и предсказуемо, как старые часы, отбивающие каждый час с неизменной точностью. И, как всегда, эта точность включала в себя ежедневные баталии на кухне, где Галина и Серафима Арнольдовна, две непримиримые соседки по коммунальной квартире, вели свою вечную войну.
– Вечно ты не меняешь воду, как белье постираешь! – гневно ругалась Серафима Арнольдовна. – Мух только разводишь! Ты хоть понимаешь, что это рассадник всякой заразы? А потом удивляемся, почему у всех то живот болит, то кашель не проходит!
Галина сидела за кухонным столом. Ее лицо, обычно спокойное, сейчас выражало лишь легкое раздражение, привычное к таким словесным баталиям.
— Ты чего, старая? Будто я одна здесь живу! А может, ты сама воду поменяешь, когда стирать будешь свое барахло?!
– Я-то, может, и старая, но мозги у меня еще работают! А ты, молодая, а ума ни грамма! Все тебе некогда, все тебе лень! А потом, когда мухи по всей квартире летать будут, ты первой жаловаться прибежишь, что жить невозможно!



Галина медленно подняла глаза на соседку. Взгляд ее был тяжелым, как чугунная сковородка, которую она никогда не мыла за собой сразу.
— Серафима Арнольдовна, — произнесла она ровным, почти безэмоциональным голосом. — Мухи в этой квартире заводятся не от грязной воды в тазу. Они заводятся от вашего борща, который стоит на плите с прошлого вторника. Он уже, по-моему, собственную цивилизацию основал и скоро потребует отдельную комнату.
Серафима Арнольдовна ахнула так, словно ее ударили под дых. Ее лицо, и без того румяное от праведного гнева, налилось свекольным цветом.
— Мой борщ?! Да ты… да ты знаешь, что это за борщ?! Это по рецепту моей прабабки! Он со временем только настаивается, вкуснее становится!
— Настаивается? — Галина усмехнулась. — Он у вас уже до такой степени настоялся, что скоро сам из кастрюли выйдет и пойдет требовать политического убежища. Я вчера видела, как крышка подпрыгивала. Думала, приведение, а это ваш борщ о свободе мечтал.



Серафима Арнольдовна замерла, пытаясь переварить этот поток словесной агрессии. Ее обычно цепкий ум, привыкший к мелким склокам и бытовым дрязгам, казалось, запнулся о невидимую преграду.
— Да ты… да ты просто завидуешь! — наконец выдавила она из себя, пытаясь вернуть себе хоть какую-то видимость контроля. — Тебе никогда не приготовить такого борща! Ты даже яичницу сжечь можешь!
— Завидую? — Галина пожала плечами, в ее глазах мелькнула ироничная искорка. — Нет, я, скорее, восхищаюсь вашим упорством. Такое сокровище хранить, несмотря ни на что. Может, стоит его в музее выставить? "Борщ имени Серафимы Арнольдовны Катц, эпоха застоя".
- Ах ты ж, бесстыдница! –закричала Серафима Арнольдовна. – Тебе бы только грязь разводить! Ты сама-то чем лучше? Всегда крошки под ногами оставляешь, посуду не моешь! А вчера я видела, как ты… как ты мою колбасу украдкой ела!
- Украдкой? – Галина открыла глаза, на ее губах играла легкая улыбка. – Я ее не крала, Серафима Арнольдовна. Я ее "конфисковала".
Серафима Арнольдовна застыла, ее челюсть отвисла. В ее глазах промелькнуло что-то вроде разочарования, а затем – снова привычная злость.
- Ты… Ты еще пожалеешь об этом! – прошипела она, повернувшись и, гордо подняв нос, удалившуюся в свою комнату, оставив Галину одну, наблюдать, как из кастрюли с борщом медленно выползает муха, явно обдумывая план побега.



Серафима Арнольдовна пролетела фурией по коридору мимо Саши и Андрея, которые читали детскую книгу с яркими картинками. Они так увлеклись, что даже не сразу заметили пронёсшийся мимо ураган в цветастом халате.
– …и тогда храбрый рыцарь вытащил свой меч! – с выражением читала Саша.
Андрей, широко раскрыв глаза, смотрел на иллюстрацию, где рыцарь в сияющих доспехах сражался с зелёным драконом.
Хлопок двери заставил их вздрогнуть. Андрей испуганно посмотрел на сестру.
– Баба Сима опять сердится? – прошептал он.
– Немножко, – так же шёпотом ответила Саша, обнимая его за плечи. – Не обращай внимания. Давай дальше читать.
Но сосредоточиться уже не получалось. Волшебный мир рыцарей и драконов, такой яркий и манящий всего минуту назад, померк перед реальностью. Образ Серафимы Арнольдовны, пролетевшей мимо, словно комета, застрял в их сознании.
– Кушать хочешь? – Саша, чувствуя, что сказка сегодня уже не пойдёт, спросила Андрея, пытаясь переключить его внимание.
– Да! – закачал головой мальчик, его глаза немного оживились при мысли о еде.
– Держи, – Саша достала из кармана солдатика, которого всегда носила с собой на случай "боевых действий". – Поиграй, пока я приготовлю.



Андрей взял солдатика в руки:
– Хорошо, – прошептал он, уже представляя, как его новый герой отправится на поиски приключений, пока Саша будет колдовать на кухне.

* * *

Жизнь в коммунальная квартира кипела не только от постоянных ссор и бытовых неурядиц, но и от тихих, нежных чувств, которые зарождались между соседями.



Соседи часто видели, как Евгений и Зина катались на старых, скрипучих качелях во дворе.
Они качались медленно, почти синхронно, их смех, тихий и мелодичный, смешивался с шелестом листвы. Казалось, что весь мир вокруг замирает, когда они были вместе.
Иногда Евгений читал ей вслух свои наброски, а Зина слушала, словно это были самые прекрасные стихи. Глаза девушки лучились нежностью, а легкая улыбка трогала губы. Они могли часами говорить о книгах, о музыке, о далеких странах, куда, казалось, им никогда не суждено попасть.



Но самые сокровенные моменты наступали вечерами, когда коммунальная квартира, наконец, затихала. Соседи расходились по своим комнатам, зажигались тусклые лампочки, и лишь на кухне оставались Евгений и Зина.



Серафима Арнольдовна давно заметила нежную связь между Зиной и Евгением. Она решила помочь Зине освоить домашние дела. Ох! Сердобольная женщина! Вдруг решила спасти Зину от позора неумелых рук, просветив в домашних делах.
— Зинаида, милая, — начала она, прищурив свои добрые глаза. — А ты знаешь, что Евгений-то у нас парень видный? И хозяйственный, что немаловажно.
Зина, смущенная таким прямым заходом, только пожала плечами.
— Ну, знаю, Серафима Арнольдовна. Он хороший.
— Хороший-то хороший, — продолжила соседка, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Но представь, Зинаида, вдруг Евгений женится на тебе? А ты и кушать готовить не умеешь! Ну вот совсем! Что тогда? Путь к сердцу мужчины, Зиночка, лежит через его желудок. Это тебе не сказки, это жизнь!
В этот момент в кухню заглянула Галина, которая, услышав разговор, не удержалась от комментария:
— Вы действительно так считаете? — с легкой усмешкой сказала она. — Мужики ходят к любовницам, чтобы борща пожрать?
Серафима Арнольдовна вздохнула и покачала головой:
— Галина, дорогая, не будь такой циничной. Конечно, не только из-за борща. Уют, тепло и заботу — вот что мужчины ценят. А готовка — это первый шаг к созданию этого уюта.
Зина, всё ещё смущенная, с интересом смотрела на обеих женщин. Слова Серафимы Арнольдовны как будто стали для неё откровением, и она почувствовала, что из-за её неопытности может упустить кое-кого важного в своей жизни...

1922 год.

Годы в коммунальной квартире научили Галину не удивляться. Но Василий был явлением особым. Его пьяные выходки — бормотание в коридоре, копошение в мусорных ящиках в поисках съестных объедков или какой-нибудь выброшенной безделухи — стали частью пейзажа.



Но был и другой Василий. Трезвый. По воскресеньям, отмытый и в чистой, хоть и поношенной рубахе, он деликатно стучал в дверь комнаты Галины. Именно в эти трезвые дни они шли к пруду.
Галина уже не могла вспомнить, кто первым предложил эту прогулку. Возможно, это было ее молчаливое приглашение, выраженное в долгом взгляде, или его робкое: "Пойдем, Галя, подышим".
У пруда они садились на старую, покосившуюся скамейку.
Василий смотрел на воду, на рябь, которую создавали редкие волны, на уток, лениво скользящих по поверхности. И тогда он начинал говорить.
Он говорил о своей прошлой жизни, о работе, которую потерял, о семье, которую разрушил. Говорил о своих ошибках, о том, как однажды свернул не туда, и как теперь не может найти дорогу обратно. Его голос был тихим, иногда срывался, но в нем не было самооправдания, только горькая констатация фактов.
Галина слушала. Она не перебивала, не давала советов. Она просто слушала. Слушала, как он описывает свои мечты, которые когда-то были яркими и реальными, а теперь казались далекими, как звезды. Слушала, как он говорит о том, как ему хотелось бы все исправить, но он не знает, с чего начать.



Иногда, в эти моменты тишины, когда слова Василия затихали, Галина тоже начинала говорить. Она рассказывала о своих мечтах, о том, как хотела бы уехать из этой коммуналки, вернуться в театр и вновь блистать на сцене. Василий слушал ее так же внимательно, как она его. В его глазах, когда он смотрел на нее, не было той мути, что появлялась после выпивки. Была какая-то особая, тихая печаль, смешанная с пониманием.
Они не были друзьями в обычном понимании этого слова. Их связь была странной, сотканной из общих страданий, из молчаливого признания слабостей друг друга.

Техническая часть. 1921 год.

Андрей

Техническая часть. 1922 год.

Андрей
Николай Романов был отселен годы Гражданской войны, и кубик был ему не благосклонен и выпало ему погибель. Пришлось удалить. Теперь его нет в древе Романовых.

​